Глаза я все-таки закрыл, вот только когда я их открыл, как вы прекрасно понимаете, никаких особых изменений не произошло. А именно, меня со всех сторон окружала какая-то тошнотно-желтого цвета, склизкая, непрестанно шевелящаяся и сокращающаяся мерзость.
В одном месте клинок пропорол эту… это. И в месте разрыва, по краям выступил пробуждающий лишь рвоту гной. Ну или то, что заменяло кровь этому чудовищу. Без разницы. Все равно от одного его вида, недавно сжеванный фрукт усиленно запросился обратно.
Борясь с тошнотой, я непроизвольно вздохнул — и с удивлением, вместо ожидаемого потока воды, глотнул лишь не слишком свежего, даже откровенно сказать вонючего воздуха. Но, это был все-таки воздух! И, вы бы знали, как я по нему соскучился. Похоже даже мой, невероятно мутировавший организм, все равно в обязательном порядке требует свой O2. Хоть и на много реже.
Немного с затруднением я попытался вспомнить, и подсчитать, сколько я таки пробыл под водой…
Получалось плохо. Но по моим расчетам, ни как не менее шести минут. Можно поздравить себя с новым рекордом. Раньше я погружался под воду только на три минуты максимум, и после этого испытывал такое кислородное голодание… А сейчас шесть минут, и все равно как огурчик…
— Съеденный, застрявший в горле гигантского чудища огурчик. — Немного подумав, грустно добавил я.. — Эх… И что же мне теперь делать-то?
А вылезать отсюда! — Ответил я сам себе. Осталось только придумать как… Эта рыбешка уже похоже довольно далеко отплыла от берега. Да и, по моим ощущениям, двигается сейчас очень быстро. Странно только, что меня не замечает. Ну, ничего! Сейчас заметит! Только немножко отдышусь и с силами соберусь, пока есть такая возможность…
Переменив немного позу, и расположившись по удобнее, на сколько это вообще возможно в желудке у рыбы, я отдыхал еще несколько минут, пытаясь просчитать свои дальнейшие действия.
В ходе моих раздумий, дельной вышла у меня только одна мысль: меч придется бросить. Неприятно, но факт. С ним я просто утону, не смотря на всю мою неуязвимость. Жаль конечно, но что поделать… Хотя, если я вылезу где ни будь около берега, возможно еще будет шанс вытащить с собой клинок. Но этот шанс практически равен нулю… Кто знает, куда меня завезла эта рыба. Плывем мы уже довольно долго, и вполне возможно, что я уже на другой стороне озера, или она кругами носится… Тоже не исключено.
Ладно, хватит уже языком чесать. Пора отсюда сваливать.
Уперевшись в склизкие стенки обоими ногами, и проверив сцепление, я осторожно начал вынимать меч, уже давно превратившийся в своеобразную распорку.
Едва только я начал оттягивать края ногами, рыба внезапно остановилась — затем резко понеслась куда-то вперед. Почувствовала неладное, тварь! Теперь я тебя научу, что пищу надо разжевывать!
Немного освободив меч от тесного плена, я, дождавшись, пока движение рыбы немного стабилизируется, с удвоенной силой вонзил длинную полоску стали в бок чудища, видимо, пропоров ему что-то важное, ибо рыба от боли сначала неожиданно нырнула вниз, затем вверх и закрутилась вокруг собственной оси. Однако, несмотря на импровизированные американские горки, я упрямо продолжал пропарывать ей внутренности.
Вдруг на голову мне сильным потоком полилась соленая вода, как и прежде пытаясь утащить меня в черное чрево этого чудища. Но я держался изо всех сил, еще и за счет обрушившейся на меня воды еще глубже проникая мечом в бок рыбы.
Монстр, обезумев от боли, видимо налетел на что-то твердое, так как сильный толчок чуть приблизил меня к вожделенному выходу. И я имею в виду именно передний выход.
Однако все произошло слишком неожиданно и я не успел воспользоваться неожиданным подспорьем и обратно сполз к мечу, сильно расшатав того в ране.
Желтая кровь хлынула рекой, буквально заливая мне ноги. Хорошо еще я задержал дыхание от потока воды, иначе, не уверен что я бы смог удержаться. Запашок эта дрянь имела еще та.
Видимо это уже вконец взбесило малька-переростка, и тот начал биться о неожиданное препятствие, раз за разом выдергивая меч, и вновь вонзая его себе еще глубже.
От постоянной болтанки у меня неожиданно разболелась голова и внутри стало копиться глухое напряжение, порождающее гнев.
Наконец, особо сильный толчок выбросил меня свозь предусмотрительно разинутый зев рыбы, прямо на свежий воздух. Отчаянно матерясь, я, описав широкую дугу над ошарашенно следящими за моим полетом двумя рыбаками, улетел куда-то в кусты.
Упав, тут же вскочил, и, стремясь нашинковать из этой рыбки замечательное филе, подобрал упавший рядом меч и побежал обратно к этой вонючей гадине. Но чудовище меня ждать не захотело и быстро скрылось с места происшествия, оставив развороченный в щепки причал (так вот обо что она билась!) и уже вдали блеснув серебристым плавником.
— Лишь хвостом на прощанье махнула… — В слух продекламировал я цитату из творчества бессмертного А.С, но, наткнувшись на непонимание в виде двух отчаянно изображавших статуй недавних рыбаков, лишь махнул рукой. — Пушкин же… Чего уставились? Летающих вампиров никогда не встречали?!