Этот ходячий таран просто затоптал более мелкого сородича, ломая хрупкие лапы как солому. Теперь следующий! Позади остался еще один верещащий полу-живой труп… Блин, а это что за тварь?!!
В проем храма, шевеля многочисленными ногами, медленно вползала огромная сороконожка, размерами даже больше бронированных жуков. Вся она была буквально унизана острыми хитиновыми наростами, которые начинались от двурогого хвоста, и продолжались до большой головы, из которой в разные стороны торчали несколько тонких усиков. Зубастый рот обрамлен каймой из жвал разных форм и размеров, что придавало некое сходство с «Хищником» из одноименного фильма. Разве что глаза были еще меньше и глубже посажены.
Не рискнув приближаться к такой махине самостоятельно, я, поворочав меч в ране, пустил на многоножку своего «оседланного» жука в последний момент выдернув меч и отпрыгнув в сторону.
Мляяя… — Вырвалось у меня, после того, как мой жук оказался в виде закуски для проползающей многоножки. Я даже не успел заметить, как ее челюсти сомкнулись на голове слепого насекомого, щелкая хитин как семечки. — А вампир до сих пор что-то магичит… Вот теперь похоже я попал! А ведь только-только шансы уровнялись в мою пользу…
— Бог, ты то хоть смотришь?! — Обратился я к внимательно наблюдающему за мной божеству. Ответа не последовало, но почему-то я был уверен, что меня услышали. От предчувствия надвигающейся гибели, уровень адреналина в крови просто зашкаливал. Отчего то очень сильно захотелось спеть… Так легко и свободно мне еще не было никогда и вместо страха смерти меня захватил какой-то необычный азарт, лесным пожаром распространяющийся по крови. Сердцебиение еще больше участилось и в месте с пульсирующей кровью, в моей голове бились беспорядочные мысли с трудом собирающиеся в слова, а, затем уже в предложения. И я произнес, обращаясь скорее даже к себе, чем к кому либо- Если вся наша жизнь театр, то и концовка должна быть эффектной! И я надеюсь, что сейчас играет не драма, так как под мотивчик из мыльной оперы я умирать не собираюсь.
Затем, уже обращаясь к приближающемуся монстру.
— Букашка, погоди ка секунду. — От того, как я неожиданно даже для самого себя. дерзко разговаривал с огромным чудовищем, огонь в груди разгорался еще сильнее. — Убивать тебя просто так не интересно.
Левой рукой я нашарил за пазухой чудом уцелевшую электронику, нажатием большого пальца выводя его из спящего режима. Наушники затерялись где-то в недрах этого подземного города, но ничего, динамики должны работать. Кнопка «Play» и переключатель громкости на полную. Плеер не подвел, словно как по заказу врубая одну из моих любимый мелодий и четкий ритм проигрыша первых аккордов, заставляет тело двигаться размеренным шагом, приближаясь к уже сожравшей тело жука сороконожке.
Проигрыш заканчивается и мое тело в месте с музыкой несется на врага, чуть отведя меч за спину, для лучшего размаха. Мгновение, и передо мной уже уродливая голова мутанта, вся в ошметках от предыдущей жертвы, раскрывая пасть для следующей.
— Ну вот, другое дело!!! — Выкрикиваю я одновременно делая первый удар. Меч со свистом рассекает воздух и на полной скорости рвется к намеченной цели.
— Цзвяк!!! — И лезвие отскакивает от бронированной щеки сороконожки, оставляя в хитине лишь глубокую вмятину. Громкий визг почти перекрывает ритм музыки, но и мне не сладко. Едва-едва удерживаю в руках клинок, в полной мере чувствуя отдачу. — Да, таким методом его не возьмешь!
Ответный удар не заставил долго ждать. Тварь, не прекращая визга, с огромной скоростью рванулась вперед, стремясь заглотить меня своей пастью. Это ей почти удалось, но преградой шевелящихся жвал стал клинок, который я едва-едва успел поставить плоскостью перед надвигающейся тушей.
Сильный удар едва не вырвал меч у меня из рук, вместе с самими руками и заставил проехаться на пару метров назад, сдерживая ярость бушующего насекомого. С трудом я отвел опасный удар в сторону. Еще бы чуть-чуть, и меня просто раздавило.
Голова уходит дальше, и прямо у меня перед глазами десятки двигающихся ног. Еле еле подняв опущенный меч, перерубаю несколько — и тут удар сзади подкидывает меня вверх прямо на спину многоножке. Чтобы не быть нанизанным на острые шипы, повторяю прошлый трюк лишь с той разницей, что на крестовине я стоял уже ногами.
Внезапно ощущаю себя уже в полете, который прерывается сильным ударом о доспехи одной из статуй. Перед глазами вспыхивают светлые круги и я лечу вниз, беспорядочно кувыркаюсь в полете. Моя попытка сгруппироваться приводит только к усилению скорости вращения.
Сильный удар в плечо, по пояснице, опять в плечо… Они сыплются один за другим, вызывая яркие вспышки боли. От постоянного мельтешения в глазах уже ничего не понимаю и вдруг все останавливается, и я оказываюсь зажат между плоскостью громадного меча, и пластиной доспеха одного из богов.
