Смирнов, опустив лицо в ладони опёршихся локтями на стол рук, ещё раз принялся обдумывать шаткое состояние своих посёлков, затерянных в дебрях бескрайней Сибири. Поселений, замкнутых на Ангаре и окружённых племенами, чьё состояние иногда близко к первобытному, поселений, подпираемых пока жалким ручейком московской колонизации с запада и севера, грозящим в будущем превратится в реку. А с юга – американцы? Чудовищно!
– Надо прогуляться! – сам себе приказал Смирнов.
Ноги привели его в бухточку, в который раз за последний день. Но напрасно полковник вглядывался в скалы, окружавшие бухту, в надежде разглядеть парус. Только лодки рыбаков шныряли по водной глади, а по прибрежному лугу бродили стреноженные лошади. Полковник ухмыльнулся, вспомнив, как казак назвал этих лошадок немочью бурятской. И, уже оборотившись, чтобы возвратиться в посёлок, Смирнов услыхал радостные вопли. Ну наконец-то! В сумраке вечереющего дня в бухте показался струг, только-только выплывший из-за скал.
– Главное, чтобы вернулись все, – выдохнул с надеждой полковник.
Саляев с видимым удовольствием построил одиннадцать американцев в ряд перед полковником. Стоящий в шеренге первым Генри МакГроу то и дело бросал озабоченные взгляды на только что появившийся в руках пленившего их русского его чемоданчик, который он собственноручно закопал по прибытию в эту местность. Ещё на Култуке, перед отплытием на базу, Брайан вместе с Ринатом выкопали ампулы с вирусом.
На корабле Ринат провёл с Брайаном серьёзный разговор, касающийся его дальнейшей судьбы. Белофф, ужаснувшись их сегодняшнему месту пребывания и времени появления, крепко задумался. Поняв, что никаких Штатов теперь не существует и он свободен от всех обязательств, взятых на себя при получении американского паспорта и при даче армейской присяги, Брайан попросил Рината походатайствовать перед полковником о принятии его в члены нарождающегося на берегах Ангары общества. Саляеву понравился этот парень, и, подумал он, если выбить из него некоторые американские заморочки, то Брайан будет своим парнем.
– Да и пример остальным будет, – согласился полковник, когда Саляев наскоро изложил Смирнову итоги култукского рейда.
Факт того, что перед ними сейчас навытяжку стоял не результат работы аномалии под американским контролем, а десяток неудачников, едва избежавших смерти, вернул Смирнову уверенность в своих силах. А уж хорошее настроение-то ему вернуло то, что все его люди возвратились живые и здоровые, да ещё и с подарками.
– Давай, Ринат, политику партии обскажи нашим гостям, – улыбнулся полковник.
Козырнув, Ринат по-английски обратился к вытянувшимся американцам.
– Парни, сначала я поясню вам, куда вы попали. Включайте мозги – вы в семнадцатом веке, первой его трети, а именно одна тысяча шестьсот двадцать девятый год от Рождества Христова. Что означает, что никаких Соединённых Штатов не существует. Никакой колы и торговых центров. Молчать! В Северной Америке не существует даже полноценной английской колонии, а рабов из Африки ещё не начали завозить, но скоро начнут, – он многозначительно посмотрел на афроамериканцев. – Так что вы полностью свободны от всех клятв, данных своему государству, как и мы свободны от своей присяги Российской Федерации. И сейчас у вас, по сути, может быть только одна цель – поскорее, сдав тест на лояльность, примкнуть к нам. Бежать вам некуда, на тысячи километров вокруг первозданные леса с дикими зверушками, реки без единого моста и куча враждебных племён, ждущих, как бы всадить вам стрелу промеж глаз. Положение ваше понятно? Не слышу?!
Ответом ему было нестройное гудение обалдевших от подобной информации людей.
– А почему мы должны вам доверять? Может, вы специально нас обманываете! – заявил один из афроамериканцев, с которым, закивав, тут же согласились и другие.
– Тебя ведь зовут Малик, верно? Вы появились в этом мире на месте городка Култук, но его не было. Вы плыли по Байкалу, но вы не видели ни единого поселения, а также знаменитой кругобайкальской железной дороги. На Байкале вы не встретили ни одной захудалой лодки. Но зато вы увидели туземцев и монгольскую конницу. Думайте! – Американцы глухо стали обсуждать услышанное, делясь впечатлениями и предложениями к дальнейшим действиям. – Но прежде чем перейти ко второй части нашего разговора, надо решить один вопрос, – Саляев вопросительно взглянул на Смирнова, тот кивнул в ответ. – Так вот, находящийся среди вас сослуживец, начав с неподчинения старшему по званию, организовал вооружённую банду по расовому признаку, разоружив и фактически ликвидировав своё подразделение, инициировал регулярные грабежи местного населения, похищение людей, изнасилования…
– Убийства, – буркнул смуглый солдат.
– Да, он убивал туземцев! И грозился убить полковника! – раздались нестройные голоса из строя.
Почувствовав, к чему идёт дело, Малик тяжело задышал и, выражая свой протест, истошно закричал:
– Вы не можете судить меня, меня может судить лишь американский суд! Это незаконно, я гражданин США.
