— Ну да. Сэрэма — хорошая девушка. Надо бы её окрестить побыстрее и венчаться у отца Кирилла. Чего время терять?
— Будешь ты время терять, — усмехнулся Олег и рассмеялся. — А Карп, ты его за этим позвал сюда?
— Кого позвал? — опешил Алексей. — Карп с вами?
Оказалось, что отец Кирилл, оставив церковь на своего старшего сына, и, будучи в Новоземельске, да встретив там Васина, вызвался в обратный поход на Амур. Прослышав о мирных и уживчивых даурах, которые, ко всему прочему, ещё и землепашцы, отец Кирилл заявил, что должен непременно привлечь их к вере Христовой. Дабы не прозябали бы они в невежестве, а приняли веру православную в своих сердцах. Видя такую решимость священника, никто не пытался ему возразить, а полковник, даже наоборот был в восторге от этой идеи, но Васину наказал отца Кирилла всячески оберегать.
— Не все миссионеры, приходя к туземцам, выживали. Некоторых даже кушали, как и капитана Кука. Так что, смотри Олег! — говорил он тогда двухметровому морпеху.
— А что же ты не смотришь за ним? Где отче-то наш, единственный на всю Ангарию? — ехидно спросил Сазонов.
— Опа, только что был у пристани! — воскликнул Васин, обернувшись.
А Карп уже высматривал место под часовню. Да, чего-чего, а в работоспособности отцу Кириллу не отказать. Отмахиваясь от суетившегося вокруг него детины-морпеха, который решил сразу втолковать священнику о мерах его личной безопасности, Карп, забравшись на небольшой холм уже в удовлетворением поглядывал окрест, приложив ладонь ко лбу. Наконец, вполне удовлетворившись, он окрестил землю вокруг и, сойдя с холма, перекрестился ещё раз. Ну а далее, не обращая внимания на Олега, пошёл в деревню, что немного отстояла от острога — знакомиться с будущей паствой. Васин махнул рукой и, подозвав двух парней с винтовками на плечах, приказал им сопровождать священника. Правда, посоветовал им держаться от него чуть поодаль, но и глаз с него не спускать.
— Алексей, пушек взяли только две, иначе не довезли бы, ей Богу! — когда Васин вернулся к Сазонову, он уже осматривал привезённые группой Олега припасы. — Оленей оставили у Шилки, в зимовье. Шесть тунгусов с ними.
— Пушечки, чую, скоро пригодятся, — негромко сказал Алексей.
Сазонов рассказал про солонских разведчиков, что они отправили взашей, на что Олег, несколько поморщившись, сказал лишь:
— А зачем отпустил? Не проще ли, — и показал характерный жест ладонью по шее.
— Не проще! Князь солонов всё равно отреагирует на наше усиление, прямо или через третьи головы, но отреагирует и теперь, после вашего появления, чем раньше — тем лучше.
Пушки установили на переносных лафетах в двух башенках, что стояли по диагонали. Одна из них смотрела на реку, а вторая — на сбитую конскими копытами и ногами амурцев широкую тропу вдоль реки.
— Солонский князь не трус, он гордый. Но с ним хорошо мир иметь, — прижалась к Алексею Сэрэма.
Однако правильно было сказано — ежели хочешь мира, то готовься и к войне. Этому принципу Сазонов следовал буквально. Он немедленно принялся за изучение конструкции новой ангарки, найдя её предельно простой и эргономичной. Единственным минусом стало лишь небольшое количество нового оружия, всего двадцать четыре ствола. Половина из них — переделанные ружья.
