В палату вошел врач в забрызганном кровью халате и спросил меня, как самочувствие. Получше, спасибо, тошнота прошла, не рвет и в туалет не так часто тянет. Ну вот и хорошо, улыбнулся заклинатель змей, сейчас велю медсестре поставить тебе капельницу. Слушай, док, я из-за грибов попал сюда или как? Скорей это было алкогольное отравление ну и сопутствующие войне стрессы…
В дверях появился увешанный оружием Беса, поздоровался за руку с врачом.
– Подожди меня, пожалуйста, тут, я завершу обход, – сказал бодро доктор, подкатил к старику, выслушал жалобы, обещал и ему поставить капельницу, кивнул нам: дескать, я скоро вернусь, и вылетел из палаты.
Беса устроился у меня в ногах и стал рассказывать про то, как вчера он с Анной пошел в Мамисантубан. Они выбрали участок за полем поближе к бензоколонке, он спрятался за орехом и в бинокль смотрел на трассу, а приманка Анна в сексуальных шортиках долбала тяпкой землю. Мародер Филин, тот самый, что застукал свою жену с любовником и застрелил обоих, заметил Анну. Он клюнул, подплыл к огороду, хотел перемахнуть через забор, но зацепился одеждой за края сетки и застрял. Тогда же на дороге появилась зеленая «восьмерка». Все произошло быстро: машина съехала с трассы и остановилась у забора, на котором вместо чучела болтался человек. Беса решил, что пора брать насильников в плен, но Филин оказался проворнее и стал палить из пистолета в зеленую «восьмерку». Из машины тоже стали жарить, и мародер задергался на заборе. Когда Беса выбежал из засады, все, кроме Анны, были мертвы. У нее, конечно, был шок, ну да ничего, пройдет, сама как-никак напросилась.
Беса положил на мою кровать трофеи: новый короткоствольный автомат и пистолет мародера Филина.
Мне представилось, как Беса выскакивает из засады, берет на мушку машину и кричит: руки вверх! Но ему невдомек, что автомат без бойка, зато у чувака в зеленой «восьмерке» со стволом все в порядке, и он начинает палить. Беса падает мертвый, а трое обросших мужчин вылезают из автомобиля и хватают Анну.
– Беса, прости меня!
– За что тебя прощать? Все нормально, у тебя был понос, ты немного похудел, но скоро поправишься!
– Нет, я не про это, ты ведь знаешь, что у меня мания преследования, мне нельзя пить!
Беса подвинул ко мне трофеи, вынул из кармана лимонку и сунул мне в руку, как ребенку погремушку:
– Возьми, мне это уже не нужно.
– Ты решил свинтить отсюда? – я положил гранату на матрас рядом с трофеями и накрыл арсенал одеялом.
– Меня пригласили в Москву на выставку, постараюсь остаться там.
Мы немного помолчали, потом я все-таки не выдержал и спросил:
– Как же Анна согласилась пойти с тобой на такое дело?
– Ты был в больнице, мне хотелось поделиться еще с кем-то, я и зашел к ней. Она налила мне виски, угостила пирогом. Я рассказал ей про план, который ты придумал. И ей захотелось со мной на дело.
– Беса, только честно: ты ее трахнул?
– Ты спятил: она же моя троюродная сестра!
– Брось, она тебе седьмая вода на киселе, – я горько усмехнулся. – На Анне были такие шорты, что на нее клюнул даже мародер Филин, а у него, говорят, не стоял, потому-то жена и пошла налево.
– Еще раз скажешь про Анну такое, и я зубы тебе выбью!
Беса подскочил и, похоже, собрался дать мне в морду. Я выдернул из-под простыни автомат, навел на него и крикнул:
– Отвали, пока я не выбил из твоей башки мозги!
Губы Бесы скривились:
– Сначала проверь, на месте ли боек, – он дернул к выходу, в дверях его уже поджидал врач, и пол заскрипел под их шагами в коридоре. Я еще немного полежал в кровати, потом подбежал к окну, посмотрел вниз и увидел перед корпусом больницы зеленую без лобового стекла «восьмерку». Внутри смеялись, и тут до моего слуха донесся голос Анны: ну пожалуйста, не надо так шутить, я сейчас поднимусь к нему. Я весь затрясся от радости, и плевать мне было на то, что Беса показал из окошка машины фак.
