Что бы вы сделали, если бы с вами заговорил ангел и сказал все изменить в своей жизни? А если бы ночью явился другой и сказал не слушать первого? Известный адвокат Владимир оказался именно в такой ситуации. От выбора, который он сделает, зависит нечто большее, чем его жизнь.
– Не смотри это видео, порнография погубит твою душу, – послышался мелодичный голос.
Аналогичная надпись, будто субтитры, проступила на экране ноутбука.
– Да-да, – проворчал Вова, – где тут кнопка «Пропустить рекламу»?!
– Владимир, я не шучу, – вновь пропел голос, сопровождаемый новой надписью на экране.
Володя напрягся и лихорадочно попытался сообразить, что происходит. Это розыгрыш? Может, это кум установил какой–то вирус? Позавчера, когда попросился посреди вечеринки срочно поработать за компьютером? Точно он! А вдруг это хакеры? Вдруг конкуренты из оппозиции их наняли для сбора компромата? Известный адвокат, кандидат в мэры города, а тут такое. Еще и встроенная камера прямо на него смотрит… Резким движением Володя захлопнул ноутбук и, вырвав из уха наушник, бросил на стол.
Воцарилась тишина, только пульс бешено стучал в ушах. Когда это он успел так вспотеть?
– Мы можем говорить и так, – послышался вздох из динамиков ноутбука. – Ты только не уходи никуда. Разговор серьезный, а времени мало.
Что за черт? К ноуту же наушники подключены, звук должен только через них идти. Хакеры вообще полностью контролируют компьютер? Там же столько файлов по клиентам! Если документы всплывут в сети, его лицензии лишат! Володя на секунду замер в нерешительности и дрожащей рукой вновь поднял крышку ноута. Другого выхода нет, придется разговаривать.
– Кто вы? – выдавил Володя сиплым от волнения голосом.
Нужно взять себя в руки! Уже и так показал слабость. Если придется торговаться, нужно начинать разговор по-другому.
– Я – твой ангел, —голос звучал так, будто это было очевидно. – Можешь обращаться ко мне «на ты». Ближе меня у тебя никого нет.
Буквы на мониторе засветились одна за одной, а затем погасли, оставив лишь слово «ангел».
– Какой еще к черту ангел?! – взорвался Володя. – Кто ты такой и что тебе нужно?!
– Не поминай черта при мне, пожалуйста. И вообще лучше не поминай, – в голосе появились поучительные нотки. – Я – твой ангел, ангел—хранитель.
– Хорош мне мозги…
– Не перебивай, пожалуйста. Я понимаю, что тебе в это сложно поверить. Люди совсем утратили веру… – снова разочарованный вздох. – Ладно, раз тебя не убедил мой голос из закрытого ноутбука, давай так. Помнишь день рождения Пашки? Вы сейчас не общаетесь совсем, а в детстве лучшими друзьями были.
– Сложно общаться с тем, кто давным–давно умер от передоза, – пробубнил Володя. Этот разговор вышел за рамки здравого смысла. Он даже бояться перестал, чувствовал только растерянность. – Какой день рождения ты имеешь ввиду?
– Восьмой. Ему восемь лет исполнилось. У Пашки отец моряком был и привез много всяких диковинных сладостей. Ты тогда не удержался и пачку конфет стянул. А когда пришел домой, тебе ни одна в рот не полезла. На следующий день ты ему во всем признался и вернул пачку. – Голос затих, а Володя почувствовал прилив стыда, словно его только что разоблачили. – Я тогда очень гордился тобой, Владимир, – голос звучал очень проникновенно. – Это был настоящий поступок.
– Спасибо, – оторопело пробубнил Вова. Этого не мог знать никто, кроме Пашки. А Пашка умер. Володя взял телефон и сфотографировал экран ноутбука. Потом зажмурился, тряхнул головой и, не поворачиваясь к компьютеру, посмотрел на телефон. Снимок запечатлел экран ноута и два слова на нем «настоящий поступок».
– Неужели так сложно поверить? – с укором переспросил «голос».
– Если ты меня так хорошо знаешь, то должен понимать, что сложно, – огрызнулся Володя.
– Да, цинизм и прагматичность уже почти вытеснили из тебя все остальное. А каким ты был раньше?! Любознательным, добрым, помогал людям…
– Я и сейчас помогаю.
– Да, ты жертвуешь на благотворительность малую часть своих гонораров. Но с какими чувствами ты это делаешь? – в голосе слышалось неподдельное сожаление. – В глубине души ты ведь знаешь, что живешь неправильно. Ты же этими пожертвованиями словно откупиться хочешь.
– Так, ангел, – этот разговор начал раздражать Володю, – ты мне позвонил… или как называется этот твой способ общения… короче, ты со мной связался для того, чтобы повздыхать и поностальгировать? Давай к делу! Уже поздно, а мне еще к заседанию готовиться надо. Завтра очень важное слушание. И очень важный клиент.
– Мы оба знаем, как ты собирался к нему готовиться, – вновь укор в голосе. У Володи загорелись щеки. – Но именно по этому делу я с тобой и связался. Вернее, связь между нами была всегда, но ты разучился меня слышать. Поэтому приходится так…
– А и правда, – Володя откинулся в кресле и скрестил руки на груди, – если ты ангел, то что за странный способ? Почему ты просто не явился мне?
