Вера Александровна почувствовала, как от выпитого вина мысли в ее голове начали устраивать озорные игры. Каждая из них, яростно отпихивая соседку, стремилась первой угодить на язык. На душе женщины сделалось легко, весело и беззаботно.
— Так оно непременно и будет, — поддержала она тост молодого человека и тут же вдруг прыснула от смеха.
— Представляете, Гюнтер, я стану красавицей?! На меня будут заглядываться мужчины! — Вера Александровна хлопнула адвоката по плечу, — нет, вы представьте: я возвращаюсь из Германии, прихожу на работу, в комнату, где сидят наши бабенки и молча сажусь за свой стол. Они же все со стульев попадают! А потом… потом в комнату заходит наш начальник, который ни одной юбки мимо не пропускает и который раньше даже не смотрел в мою сторону. И тут он видит мое новое лицо и бац!.. Падает на колени, ползет ко мне и выпрашивает у меня прощения! А я ему: фи… без тебя поклонников хватает!
Молодой человек осторожно взял руку Веры Александровны и поднес ее к губам.
— Я уверен, что все это случится в скором времени. Для этого я сюда и приехал. У вас в жизни все переменится к лучшему. Вы будете счастливы, Вераша.
Веру Александровну словно ударило электрическим током.
— «Вераша»?! Вы сказали «Вераша»? — едва смогла выговорить она, — так меня называл лишь один человек на свете! Как вы смогли узнать об этом?
— Я ничего об этом не знал, — молодой человек продолжал целовать руку Веры Александровны, — это произошло случайно.
— Случайно! — вздох сожаления вырвался из груди женщины.
— Ну… не совсем случайно, — Гюнтер наклонил голову так, что его губы коснулись уха Веры Александровны, — просто… просто я сейчас вспомнил…
Руки молодого человека оказались на плечах Веры Александровны, затем спустились к ней на талию, потом вновь потянулись вверх и принялись осторожно раздвигать махровую ткань халата на груди женщины.
— Гюнтер… — простонала Вера Александровна, — Гюнтер, что вы делаете? Зачем?
— Не знаю, — прошептал молодой человек, — не знаю и не хочу знать.
Резким движением сильных рук он оторвал Веру Александровну от пола и понес к кровати…
Утром Вера Александровна проснулась от нежного прикосновения чей-то руки. Женщина открыла глаза и увидела перед собой светящееся улыбкой лицо Гюнтера. В памяти всплыли эпизоды прошедшей ночи. Вера Александровна снова закрыла глаза и потянулась, ощутив при этом в теле ласкающую истому.
— Вставай, — услышала она шепот возле уха, — я заказал завтрак в номер.
— Так рано? — огорченно вздохнула Вера Александровна.
— Я забронировал билеты на Москву. Самолет вылетает через четыре часа. Я уже заказал такси.
Губы Гюнтера нежно коснулись шеи Веры Александровны чуть ниже уха. Тело женщины тут же откликнулось на ласку напряжением всех мышц.
— Ты ночью тоже целовал меня сюда, — тихо засмеялась Вера Александровна, — как ты догадался, что именно здесь у меня самое чувствительное место?
— Не знаю, — задыхаясь от возбуждения, прошептал молодой человек…
Очнулась Вера Александровна от резкого стука в дверь. Она открыла глаза и обнаружила, что голова ее покоится на плече Гюнтера.
— Вставай, — дернула она за руку немца.
Принесли завтрак. Молоденький официант украдкой бросал любопытные взгляды в сторону кровати, где Вера Александровна старательно пряталась под одеялом.
После туалета и завтрака, стали собираться в дорогу. Глядя, как Гюнтер пакует свой саквояж, Вера Александровна вдруг почувствовала, что на душе ее сделалось тоскливо и тревожно. Она подошла к молодому человеку и, взяв его за руку, внимательно посмотрела в глаза.
— Будь моя воля, я бы никуда не уезжала и навсегда осталась с тобой здесь, в этом номере.
— Я бы скоро тебе надоел, — усмехнулся Гюнтер и, нежно погладив Веру Александровну по голове, добавил, — не переживай. Все будет хорошо.
Вскоре раздался телефонный звонок, известивший Веру Александровну и Гюнтера, что у подъезда гостиницы их ожидает такси.
В ответ на вежливое приветствие Гюнтера водитель Волги ГАЗ-3105, молодой мужчина лет тридцати, что-то буркнул себе под нос и повернул ключ зажигания.
— Куда едем? — не поворачивая головы, процедил он сквозь зубы.
— В аэропорт, — коротко ответил Гюнтер.
Машина резко рванула с места. Несколько минут ехали молча, качаясь из стороны в сторону на частых поворотах, на которых водитель и не думал сбрасывать скорость.
— Куда прешь, е-твою мать?! — рявкнул он в сторону обогнавшей их иномарки.
— Молодой человек, — Вера Александровна осторожно тронула шофера за плечо, — вы не один в салоне. Пожалуйста, не ругайтесь.
Водитель молча втянул голову в плечи. Машину продолжало кидать в разные стороны, как утлое суденышко в девятибалльный шторм.
— Вот почему так!? — вдруг прорычал водитель и с силой ударил кулаком по рулевому колесу, — когда ты открываешь человеку душу, он непременно пытается туда насрать?
— Вы о ком? — насторожилась Вера Александровна.
— Живет в нашем городе одна змеюга! — махнул рукой мужчина и добавил, скрежеча зубами, — чтобы она поскорее здохла, зараза!
— Нельзя так говорить о человеке, — покачала головой Вера Александровна, — грех это.
