– Сам знаешь, все в твоих силах. Никто тебя не остановит. И это было бы так здорово, правда? – Голос был странно искажен, как в том файле, который получил Джек.
Это был голос Патрона.
– Нет, нет, нет, – проговорил Джек. – Я не потерплю каких-то голосов в голове. Я все еще хозяин ситуации, я ее контролирую.
– Вспомни свою методологию, Джек. Фаза предвкушения. Первый шаг серийного убийцы, когда его подсознание жаждет крови. Характеризуется повышенной чувствительностью восприятия и яркими галлюцинациями...
Лесные запахи вдруг навалились на Джека: влажный мох, сосновая кора, трухлявые стволы... В темноте танцевали цветные пятна, мозг спешно рисовал психоделические миражи. Джек закрыл глаза, но от этого сделалось только хуже; узоры проникли под веки – багровые вихри, полосы и пятна вздувались и опадали в такт сердцебиению.
– Ты не настоящий, – прохрипел Джек.
– Еще какой настоящий. Я реальнее, чем пес сына Сэма, Джек, – голос рассмеялся кошмарным электронным лаем. – И я явился сюда с той же целью: поведать тебе, что убивать – это нормально. А также рассказать, почему это так.
– Что?
– Как по-твоему, когда социальная группа становится субкультурой? – спросил голос.
– Ума не приложу. Мне все равно.
– Вот это вряд ли... У всех субкультур есть нечто общее, Джек. Во-первых, и это очевидно, они разделяют общую привязанность. Собиратели игрушечных паровозиков, фанаты "Стар-трека", коллекционеры оружия, кто угодно... но этого мало. Многим нравится употреблять в пишу картофель фри, но они ведь не выпускают свой бюллетень, верно? Открой глаза.
Джек послушался. На дороге впереди стоял едва различимый в темноте силуэт.
– Что подводит меня к следующему фактору – коммуникации, – произнес голос. Сотканная из тьмы фигура сделала шаг навстречу Джеку, но он еще не мог разглядеть лица говорившего. – Носители субкультуры всегда кучкуются вокруг средств обмена информацией. Это ведет к созданию собственного сленга – особого словаря, который обязательно возникает внутри субкультуры и который непосредственно связан с областью интересов ее носителей.
Фигура сделала новый шаг, и теперь Джек узнал этого человека: Джинн-Икс. В той же пропитанной кровью одежде, в которой Джек убил его.
– Да, – сказал Джинн-Икс. – Выбери овечку, забей ее, воспользуйся фургоном, чтобы скинуть труп. Соски оставь себе в качестве трофея.
– Иди ты к черту, – хрипло прокаркал Джек.
– Ни за что, – спокойно ответил Патрон. Побледнев, силуэт сделался неясным, размытым пятном. – Следующий фактор – регулярные собрания. Носители субкультуры сходятся вместе, чтобы восславить ее ценности в особых, ритуальных формах. Нередко цель этих сборищ – вовлечь в группу новых членов, завязать разнообразные отношения между отдельными участниками движения.
Фигура вновь шагнула вперед. На сей раз это был Дорожный Патруль.
– Привлечь новых членов? Замечательная мысль. Я с удовольствием помогу с организацией. Быть может, нам стоит объединить рост группы со сбором финансов...
– Это не... эта мысль мне не нравится...
Дорожный Патруль шатнулся назад, во тьму.
– Организация, коммуникация, конгрегация... – произнес Патрон. – Субкультура выработала мозг, речевой аппарат, органы размножения. Но строительство не будет завершено, пока у нее не появится душа – нечто, не просто утверждающее свои ценности, но и преумножающее их.
Темный силуэт опять сделал шаг; на этот раз из тьмы появился человек, которого Джек не убивал.
Из тьмы вышел сам Джек.
– Группа не станет культурой, – сказал он, – пока у нее не появится собственное искусство...
Джек вернулся в фургон два часа спустя.
Он закрыл за собой дверь и уселся напротив Марка. Лицо мальчишки покрывали комариные укусы, несколько насекомых продолжали трапезу.
Джек долго смотрел на юношу, прежде чем заговорил.
– Ты понимаешь, кто ты? – спросил он наконец. – Ты продукт породившей тебя культуры. Для тебя насилие и развлечение – одно и тоже. Так?
– Да, так. Ты прав. – Казалось, Марку не терпится согласиться.
– Ты дал легкий ответ. По опыту знаю, что легкие ответы, как правило, ничего не стоят, – Джек напряженно подался вперед. – Миллионы других людей видят все то же, что и ты, но они не берут нож и наручники на свидание с девушкой по вызову.
– Я... на самом деле я не собирался этого делать.
Взяв со стола бутылку с водой, Джек сделал большой глоток.
– Может, и не собирался. Это не важно. Важно другое: у тебя был выбор... Так что давай забудем все эти россказни про бесчувственного робота, запрограммированного романами ужасов и фильмами про садистов. Если ты принадлежишь к субкультуре, это еще не делает тебя ее рабом.
Поставив на стол бутылку, Джек взял в руки нож для картона. Ощупал лезвие.
– Я что хочу сказать, – тихо произнес Джек – Когда человек вливается в субкультуру, он как бы ставит подпись под неписаным контрактом. Этот договор обязывает его повиноваться правилам субкультуры – не только наслаждаться ее плодами, но и терпеть наказания. И порой субкультура требует человеческих жертв...
Марк вздрогнул.
