...Пронзать червей,
чтобы страданье рыбе принести...
– Патрон – вот кто убил мою семью, – сказал Джек.
Никки уставилась на него. Джек сидел в гостиной полуразвалившегося маленького бунгало, который они сняли, на дешевеньком диване, которым только и было меблировано это жилище. Никки, в позе лотоса, сидела на полу. Она только что проснулась, и на ней была только майка. Перевернутая картонная коробка, стоявшая между ними, использовалась как кофейный столик, а единственный свет в комнате исходил от дисплея водруженного на нее ноутбука.
– Ты уверен? – переспросила Никки. Джек говорил спокойным, ровным голосом – так, словно рассказывал об увиденной телепрограмме.
– Да. Он убивает людей, близких художникам, и любит приурочивать свои нападения к праздникам. Он даже упомянул меня в качестве одной из своих неудач.
Никки покачала головой. Она еще не успела окончательно проснуться, и для того, чтобы воспринять эти слова, ей потребовалось усилие.
– Джек... это замечательно, правда? То есть ты ведь за этим парнем гоняешься, так? Он – тот самый гад, за которым ты охотишься уже...
– Он не убивает проституток, – заметил Джек.
– Что? Слушай, да мне вообще на это насрать, я все равно помогу тебе до него добраться...
– Я не это имел в виду. Я хочу сказать, до сих пор мы охотились на убийц проституток, потому что были способны их поймать. Монстр, который расправился с моей семьей... Я и не предполагал, что мы сумеем на него выйти. Думал, он где-то за пределами наших возможностей. – Джек говорил, не сводя застывшего взгляда с экрана ноутбука.
Покрутив головой, Никки дотянулась до пачки сигарет, оставленной на ручке дивана.
– Но ты все равно собираешься отыскать его, верно?
– Мне придется быть очень осторожным, – сказал Джек. – Я должен быть безупречен.
– У тебя получится, – тихо сказала она. –
– Надо все тщательно спланировать. Мы не можем просто открыть на него охоту. – Казалось, Джек размышляет вслух. – Мне потребуется завоевать его доверие – не в качестве нового члена Стаи, а в качестве ее вожака Я постараюсь убедить его, что я – Джинн-Икс.
Никки вытрясла сигарету из пачки, сунула в рот. Прикурила, сделала долгую затяжку и медленно выдохнула дым.
– Думаешь, у тебя получится?
– Да, – сказал Джек. – Я сломал его. Пароли, коды доступа, шифровальные ключи... Джинн-Икс поделился со мною всем Он хочет помочь мне – ведь я последний человек по эту сторону могилы, с которым он может поговорить, и он это знает. "Волчьи угодья" отныне принадлежат мне...
Миллион Двадцать Третья проповедь Джинна-Икс "Ирония? Ну еще бы".
Все погубила ирония. И если я еще хоть разок услышу эту долбаную песенку Аланис Моррисетт, я найду, на хрен, эту сучку и залью ей глотку расплавленным железом. Вот это будет ирония что надо.
