Вопрос с теми, кого обозвали общим словом “персонал”, решили отложить: там по каждому пришлось бы решать отдельно, тем более что среди них затесались и Фред Марсдон, и Стив Маронго и ещё много знакомых Гелене фамилий. Прежде чем начинать разговор, надо было получить достоверную информацию, которую, надеялась Гели, им даст тот тип без идентификации.
Зато вопрос с дамами можно и нужно было решать сейчас. С одной стороны, все они пострадавшие, их нужно освободить. С другой…
Василиса стояла за то, чтобы никого не выпускать раньше времени. Им там тепло, светло, еда и вода имеются, а лишняя информация приводит к глупой активности, которая может оказаться опасной для всех.
Ариана хотела возразить, но Гели её удержала. Глазами показа на парней: мол, выпустим тех, за кого их мужчины заступятся. Это определённая гарантия, что женщина не полная дура и не натворит дел.
Первым заступился за свою Линду Ирвин:
— Мне кажется, совет юриста в нашей ситуации мог быть полезен. Госпожа Линда — выдающийся специалист и очень умная женщина. Она не станет создавать трудностей, наоборот, поможет. Давайте её освободим.
— Тогда и Гленду! — встрял Ланс, — Она добрая, умная и вообще замечательная!
Остальные смущённо и задумчиво молчали. Затем белокурый Альберт высказал общее мнение, хотя говорил о себе:
— Лучше нашим дамам побыть в безопасности. Моей так уж точно. Боюсь, у нас сейчас и так много дел, распылять силы на то, чтобы ещё и сдерживать активность Зельмы я был бы не в силах.
Остальные согласно закивали.
— Хорошо, — не стала возражать довольная Василиса, — Выпускаем тех, за кого просят их парни, авось пригодятся, а остальным подать обед и пусть сидят дальше. Отпустим, когда время придёт.
Алан передал Ирвину ключ и показал, куда надо идти за Линдой и Глендой. Гели из любопытства двинулась за ними следом.
В том отсеке не было полной звукоизоляции, обычный коридор, хотя все комнаты снаружи запирались на уже знакомые щеколды. Также отсутствовали окошки в дверях. Было слышно, как кто-то неразборчиво выкрикивает угрозы, кто-то пел от скуки, а ещё одна женщина, явно стоя у двери, мерно зудела, произночся длиннейший список жалоб: и кормят не тем, и комната не такая, и дует, и жарко, и ноги мёрзнут, и многое другое, зачастую взаимоисключающее.
Здесь мужчины старались ступать тише, чтобы не привлечь ненужного внимания, и Гели отлично их понимала. Картинка, передаваемая Ариэлем со своего комма, помогла без затруднений найти сначала Гленду, а за ней и Линду.
Гленда, увидев вполне здорового Ланса, чуть было не завизжала от счастья, но он вовремя ей показал: молчок! Тогда она подпрыгнула и повисла у него на шее. Гели перепугалась: ещё совсем недавно у парня были кости переломаны, незачем его так нагружать, но Ланс, кажется, был счастлив и совсем не чувствовал тяжести.
Тем временем Ирвин под ручку вывел в коридор Линду. Она была точно такая, какую Гели привыкла её видеть на фотографиях в новостях. Идеальная дама: молодая на вид, очень ухоженная, красивая. Так и хочется принять её за очередную богатую бездельницу. Но стоит взглянуть в глаза и становится ясно: сильная и умная, связываться с ней — себе дороже.
Линда, кстати, сразу сообразила, что не стоит выдавать своё присутствие раньше времени. Кивнула Гели как знакомой, хотя они никогда не были друг другу представлены, и быстро пошла на выход, поддерживаемая любовником. За ней потянулись остальные.
Когда дверь в отсек снова закрылась, Линда Хермана замедлила шаг, обернулась к Гели произнесла, не спрашивая, а утверждая:
— Гелена Йенссон, урождённая Ригел, она же писательница Ангела Рейн.
— Совершенно верно, — отозвалась та, — а вы — Линда Хермана, известный адвокат.
В ответ получила покровительственную улыбку и просьбу:
— Представьте мне остальных, пожалуйста.
Гели на мгновение задумалась, а затем предложила:
— Давайте для начала пройдём на центральный пункт, там и будем знакомиться. Нас здесь гораздо больше, чем вы видите перед собой.
Счастливая Гленда подала голос:
— Отличное предложение. Пошли туда, где все!
Линда не стала спорить и продолжала мило улыбаться ровно до того момента, как увидела всех клонов разом. Тут на её лице отразился испуг. Заметив Ариану, она подошла к ней, и, не успев поздороваться, начала:
— Ари, я тебе ещё тогда говорила, что ты затеяла опасное с точки зрения закона дело. Вижу, что ты зашла гораздо дальше по пути нарушения, чем я могла предположить.
— Ну, мы надеялись, что ты сумеешь придумать, как нам выкрутиться, — протянула раздосадованная Ариана, — Для этого, в сущности, и позвали в компанию.
По глазам Линды было видно, что она готова всё бросить, даже Ирвина, и слинять, но, оглядевшись, женщина осознала, что теперь они все в одной лодке. Если она попробует так поступить, то втравит саму себя в неприятности, во много раз превышающие риски их настоящего положения. Поэтому она недовольно скривилась, но вынуждена была сказать:
— Пока я не вижу нормального выхода из имеющейся ситуации, но он должен быть. Подумаем, поразмыслим, изучим документы… Мне нужен мой комм, чтобы работать. Его никто не видел?
