– Триста двадцатый, с дистанции сто метров – огонь фугасными по полосе перед окопами. Поставь помехи по всему диапазону. Цель – линия окопов. Подавить все огневые точки, удерживать укрепление до подхода дружественных сил.
– Принял, выполняю, – стремительно разгоняясь, ответил робот. Через несколько секунд вой его сервомоторов растворился в зеленом дыму.
Отделение с ходу нырнуло в густую пелену, вслепую, по одним радарам продвигаясь вдоль обочин. Триста двадцатый перестарался, радары то и дело давали сбой, заставляя бойцов спотыкаться в рытвинах. Упал один солдат, за ним зацепил кочку еще один. Не работала связь, в наушниках по всем каналам слышался только ровный шум. Изображение на тактической карте то и дело перекрывалось искрами помех.
– Быстрее, быстрее, – гнал их Лихач. – Заноза, твою мать, ты что творишь!! Настрой помехи, радары не работают! Дай связь!
– Не могу, сэр, – задыхаясь от тяжелой ноши, прокричал в ответ Сергей. – КОП нас сейчас не слышит – помехи по всем диапазонам.
– Убью, умник! – сипло орал сержант. – Вперед, вперед!
Где-то глухо хлопнули минометы. Мины с воем пронеслись над ними, осыпав кусты позади дождем мягких шариков. Из дыма впереди с грохотом заработали пулеметы, захлебываясь длинными очередями. По сторонам, впиваясь в землю, то и дело мелькали искры трассеров.
«Каждый сотый», – вспомнил Сергей, ускоряя шаг. Проклятый груз на спине сбивал дыхание.
Хлопки минометов теперь следовали один за одним, словно отбивая какой-то на удивление ровный музыкальный ритм. Мины рвались все ближе за их спинами – минометы накрывали квадрат за квадратом на задымленном участке. Однако, то ли им везло, то ли помехи КОПа делали свое дело и противник стрелял вслепую, но пока ни одного из бойцов всевидящий наблюдатель не назвал убитым. Грохот пулеметов перекрыли гулкие удары – КОП открыл огонь, расчищая проходы.
– Сэр, КОП в ста метрах от укреплений. Проходы проделаны, – на мгновенье помехи стихли, КОП сбросил на такблок Сергея короткий доклад.
– Твою мать! – крыл его Лихач, с трудом перекрикивая грохот боя. – Вперед, быстрее! Цепью, марш! Подтянись! В цепь, в цепь!
Минометы хлопнули еще раз, беря поправку. Дымные разрывы поднялись на обочинах позади них. Развернувшись в неровную редкую цепь, отделение прорвалось в мертвую зону.
Дорога кончилась. Зверея от страха, они перепрыгивали оплавленные и перепутанные пучки колючей проволоки, скакали через воронки, оставленные КОПом. Боец справа от Сергея вдруг резко остановился, словно налетев на стену, и медленно осел вбок. Одна из точек на тактической карте тревожно замигала оранжевым.
– Рядовой Салочник, боевое ранение, – голос наблюдателя в наушнике звучал спокойно, словно из-за стола в тиши кабинета.
Ноги сразу стали ватными, словно чужими. Сергей переставлял их механически, не разбирая дороги. Внутри зарождалась ярость. «Какого хрена!» Длинные дульные вспышки, казалось, били прямо в лицо. Наконец, впереди раздались частые хлопки гранатомета, перекрываемые уханьем разрывов. Пулеметы, один за одним, смолкли. Резко появилась связь, наполнив уши бессвязными криками и хрипом.
– Тишина в эфире! – рявкнул Лихач. – Не останавливаться! Гранаты к бою!
Впереди раздался лающий грохот пулемета КОПа. Робот проводил зачистку.
– Сэр! Не стреляйте, окоп захвачен! Там КОП! – закричал Сергей, отмечая положение КОПа на тактической карте. – Триста двадцатый, доклад!
– Я КОП-320. Укрепление захвачено. Произвожу зачистку.
– Триста двадцатый, вон из окопа! Отступление, двадцать метров!
Бойцы выскочили из дыма прямо на бруствер, едва успев остановиться перед волной встречного жара. Окоп исходил огнем – КОП прошелся вдоль него из огнемета. Языки пламени жадно лизали сырые, пузырящиеся бревна. В ближайшем доте с треском рвались в огне пулеметные патроны. В гнезде из разорванных мешков с песком судорожно дергал стволом в поисках цели автоматический миномет. Ящики рядом с ним горели.
– Назад, в укрытие! – заорал, ныряя в густой зеленый дым, Лихач. – Ложись!
Они бросились обратно.
– Опорный пункт синих захвачен, – бесстрастно сообщил им вслед наблюдатель.
Земля ушла из–под ног. Ухнуло так, что несколько минут в ушах не было слышно ничего, кроме ватного звона. Аптечки торопливо впрыскивали бойцам противошоковое. Взорвался боезапас у одного из минометов.
Сергей с трудом сел, потряс головой, приходя в себя. Его слегка мутило от стимулятора. Вокруг, чертыхаясь, поднимались бойцы, разыскивая и отряхивая от земли свое оружие. Дым постепенно рассеяивался, уносимый ветерком в сторону леса. На месте укреплений дыбились изломанные дымящиеся бревна. Двое бойцов уже возились с раненым Салочником, стаскивая с него пробитую броню. Лихач, присев на одно колено, неразборчиво бормотал из–под опущенного забрала шлема доклад на базу. Рядом невозмутимо стоял КОП, поводя из стороны в сторону закопченными стволами.
– Триста двадцатый, доклад, – тихо приказал Сергей.
