В маленькой Светкиной гостиной, среди кучи знакомых лиц, Татьянино как-то не сильно в глаза бросалось — на этой же пустынной деревенской улочке ее посвежевший, похорошевший и просто до неприличия помолодевший вид мне их просто резанул.
И спутник ее — на открытом пространстве оказавшийся еще выше, еще мрачнее, весь подобравшийся, застывший в ожидании непонятно чего, медленно обводящий окрестности напряженным взглядом — только усилил впечатление абсолютной неправильности происходящего.
Нечего ему рядом с ней маячить — ну, точно же сейчас «Скорой» все закончится!
Я выскочила из машины.
Увидев меня, мрачная фигура внезапно потеряла сходство с нахохлившимся вороном — расправила плечи, расплылась в жизнерадостной ухмылке и склонила голову в великосветском поклоне.
Ага, перебесился, значит — это дело поправимое.
Я ткнула ему пальцем в свою машину — там двери изнутри заблокирую, не сбежит.
Он словно и не заметил моего жеста, все также оглядываясь по сторонам — но уже с таким видом, словно ребенка в первый раз в Диснейленд привезли.
Я не стала сразу настаивать — дождалась, пока Татьяна с Игорем двинулись к воротам, расположенных в нескольких десятках шагов от места нашей парковки. На третьем или четвертом из которых Татьяна исчезла. Из вида. Так, начало обнадеживает — главное, чтобы у нее вновь обретенной твердости хватило в таком же отсутствии вида и оставаться.
А этот, случайно, ее примеру не последовал?
А, нет — на виду остался, еще и торжествующий нацепил.
Вдруг налетел порыв ветра. Такой резкий, что меня прямо качнуло — небесная рука на месте удержала. Все вокруг как-то потемнело, и совсем неподалеку гром проворчал. Вот опять прогноз соврал! Мне еще только дождя не хватало — сиди потом мокрой в машине!
Сбросив рывком плеча все еще поддерживающую меня руку, я продела под нее свою и потащила и ее, и ее хозяина к машине.
С удивлением не почувствовав никакого сопротивления.
Понятно, бдительность усыпляет.
Не выйдет.
Пропустив свою добычу на заднее сидение и забравшись за ним туда же, я первым делом заблокировала все двери.
И затем повернулась к уже совсем не мрачной фигуре, уставившейся на меня — опять сверху вниз! — с крайне оживленным интересом на оказавшемся вдруг слишком близко лице.
— Значит, так, — категорически отказалась я отводить взгляд. — Я тебя вчера услышала. А теперь хочу все-таки узнать, что ты можешь предложить людям. Хотя бы мне, для начала. Только не надо мне, — быстро добавила я, — снова про установление системы обмена мнениями — это будешь Тоше на уши вешать. Меня интересуют действия — и конкретные.
— Какая досада! — насмешливо опустил он уголки губ. — А я как раз намеревался предложить тебе создать перемычку!
— Что создать? — подозрительно прищурилась я.
— Личный канал связи, — пояснил он. — Соединяющий только двоих участников. У нас в последнее время они сделались удивительно популярными.
— Так ваша же техника с людьми не работает! — с торжеством поймала я его на явной подтасовке фактов. — Или уже вдруг научилась?
— Конечно, не работает, — с удивлением моргнул он. — Зато у нас есть ваша. Которая — донельзя кстати — начала работать у нас.
Чуть отклонившись, он потянулся — и вытащил из кармана брюк телефон.
Мобильный.
С виду еще круче, чем у Анатолия.
Так, похоже, Тоша пал существенно ниже, чем я опасалась.
И не убьешь паразита — у него в руках, как в том коммутаторе, все мои контакты и с Татьяной, и со Стасом.
Ага!
— Личный — не получится! — уверенно мотнула я головой. — Если ты о наших видео сессиях, то они все через Тошу проходят.
— Через него может проходить только то, что уже существует, — задумчиво произнес он. — Эта машинка впервые ожила у нас в руках Анатолия, а он случайно заново открыл закон реализации необходимости. Очень старый закон — и уже почти забытый, так давно им никто не пользовался. И мне очень интересно, почему он дался в руки именно Анатолию — и именно сейчас.
А мне вот интересно, не нашла ли вылитая ангельская мысль в своих высотах способ земные изобретения к рукам прибрать? Вот так приложишь трубку к уху, а оттуда вкрадчивые небесные наставления — прямо в мозг.
— А зачем тебе со мной связь? — приготовилась я выслушивать лекцию о важности координации действий союзников в режиме реального времени.
— Ну как же? — плутовато усмехнулся он, вскинув брови. — Во-первых, вдруг у тебя возникнет некий острый вопрос — зачем же ждать целый день одного-единственного далёкого часа? Во-вторых, некоторое время такое ожидание еще дольше затянется — нам придется сделать перерыв в наших живительно бодрящих встречах. И в-третьих, — снова свел он брови углом к переносице, — я хочу проверить, до какой степени возродился старый добрый закон.
— Какой это еще перерыв? — резко выпрямилась я, невольно глянув в сторону дома Татьяниных родителей. — Это еще с какой стати?
— Я должен обдумать все, что здесь узнал, — тоже перевел он взгляд за окно машины — там, кстати, снова распогодилось. — И проверить некоторые догадки. Возможно, у нас есть куда большая поддержка, чем я предполагал.
