Довольно высокий, но совсем не мускулистый — скорее, худой, чуть сутулый, с длинным острым носом и таким же подбородком, с немного впалыми щеками и коротким ежиком темных волос на голове. Вот только раскосые глаза все портили — по ним явно читалось, что их обладатель прекрасно знает, какое расположение вызывает его отнюдь не агрессивная внешность, и охотно этим пользуется.
Зато он одеждой взял. На нем был спортивный костюм — ярко-желтого цвета! — руки он держал в его карманах, а ноги на ширине плеч, явно для устойчивости — и были они обуты в ярко-красные кроссовки!
Я только головой помотал, чтобы в глазах рябить перестало.
Так, посмотрим, что же ему противостоит. Я перевел взгляд налево — и увидел там все ту же пустоту.
— Девушка! — рявкнул я в сердцах. — В видимость! Быстро! А то сейчас рапорт о несоответствии подам!
— Так нельзя же! — еще тоньше пискнула пустота.
— Да здесь же людей вообще нет! — в изнеможении повел я вокруг себя руками — откуда у нас только такие непробиваемые буквоеды берутся?
Она материализовалась. Только не там, где я ожидал — пришлось взгляд вниз опускать. И я сразу понял, что у нас хранителя Олегу искали действительно срочно и среди очень узкого круга кандидатов.
Это был не хранитель, а просто воробей какой-то! Маленькая — при всем моем небольшом росте едва мне до плеча, вся взъерошенная — лохмы пепельных волос во все стороны, губы дрожат, узкие плечи вздернуты, и ни минуты покоя — руки тискает, с ноги на ногу на цыпочках переминается, и огромные, круглые, светло-серые глаза мечутся с равным ужасом между мной и темным.
У него осмотр соперницы вызвал слегка брезгливое выражение на лице.
— Ну, и что здесь происходит? — приступил я, наконец, к делу.
— Цирк! — хмыкнул темный, покачиваясь с пятки на носок.
Ладно, от его ничего другого и ожидать не стоило — я снова перевел взгляд на светлую.
— Я не знаю, что я им всем сделала! — залепетала она, отчаянно моргая. — Я все делаю, как меня учили, а получается, как будто я все делаю неправильно!
— Первый раз на земле, что ли? — осенило меня.
Она закивала, как заведенная.
Я снова глянул на темного — и заметил охотничий блеск у него в глазах.
— Ты вот это сразу брось! — предупредил я его заранее. — Вот эти манеры ваши: выбрать себе соперника послабее и за его счет очков себе, не запыхавшись, набрать. Олега вы все равно не получите — не веришь, спроси Макса, как он отсюда в прошлый раз отчалил.
— А я здесь не поэтому, — пренебрежительно бросил мне темный. — Моя основная задача — чтобы дочь Макса вам не досталась, а парень … просто повод удачный подвернулся.
Похоже, состоится у нас с Максом еще один разговор. Об отзывчивых знакомых и вечной готовности пойти навстречу Даре.
— Повод? — на всякий случай переспросил я. — А для нее, — кивнул я на слушающую нас с полуоткрытым ртом светлую, — это первое задание. И если она его запорет, это пятно на ней до конца ее дней висеть будет. Ты себя не помнишь? Вы ведь, как выяснилось, даже не конкуренты, но вынуждены находиться в одном месте и в одних условиях — трудно помочь? Хоть от скуки?
— А я еще раз хочу узнать — кто мне здесь нотации читает? — процедил он сквозь зубы.
Ладно, обязанности своего нового положения я уже не раз выполнил, можно для разнообразия и его преимуществами воспользоваться.
— Извини, не представился, — сокрушенно покачал головой я. — Тебе знакомо такое имя — Гений?
Он резко вынул руки из карманов и чуть не вытянулся — в последний момент руки за спину сунув.
— Вижу, что знакомо, — удовлетворенно кивнул я. — Так вот, в его отсутствие я являюсь его заместителем на земле. И нахожусь на прямой связи с ним. Вызвать его? Если сомневаешься.
— Не нужно, — буркнул он.
— Вот и договорились, — похлопал я его по плечу. — С этой минуты берешь над ней шефство. И, пожалуй, еще одно: для более плотного взаимодействия на всех публичных мероприятиях, как сегодня, будете присутствовать в видимости.
— Нет-нет-нет! — снова заверещала светлая.
— Девушка, без истерик! — прикрикнул я на нее. — Речь, между прочим, о Вашем будущем идет! У нас здесь это отработанная практика. Обсудите сегодня-завтра с нашей молодежью и найдете наиболее правдоподобную легенду — с дочерью я вечером поговорю.
Она бросила на меня еще один загнанный взгляд и еле заметно кивнула.
— И еще одно напоследок: — снова повернулся я к темному. — Это из опыта, и не только моего. Как-то так получается, что здесь, на земле, мы окрас свой теряем, все одного цвета становимся — земного. И тогда все у нас отлично получается. Опять-таки — не веришь, спроси у Макса. Все, пошли.
Светлая послушно шагнула перед. В том же виде.
— Девушка, а разматериализоваться? — напомнил я ей.
— Но Вы же сказали, — повернула она ко мне совершенно несчастное лицо, — что с этой минуты, на всех публичных мероприятиях …
Темный сдавленно хмыкнул.
— Ну, ты видишь? — бросил я ему. — Учить еще и учить. Вот как Вы себе это представляете, — снова обратился я к светлой, — ушел я один, чтобы сделать важный деловой звонок, а вернулся втроем? — Она захлопала глазами. — В невидимость! — рявкнул я.
