-Ребятки думаю нам туда, там должна проходить труба воздуховода, по ней всегда вода стекает, там, по крайней мере, воздух есть. Все кто мог ходить и, двигаться начали разгребать завал, в ручную и подручными средствами Семеныч командовал и у всех появилась надежда на спасение. У Максима перед глазами стояли лица любимых людей, сестры, Тимки и главное Алесино, он думал, как же будет ужасно, если он их никогда не увидит. Весь коллектив работал слаженно уже не первый час, Семеныч приказал экономить аккумуляторы и использовать по два фонаря, остальные отключали, судя по часам, они под землей уже восемь часов, но звук воды был все ближе и, это подавало надежду на спасение. Максим присел отдохнуть и чтобы совсем не расклеиться начал вспоминать Алесю, её постоянно взъерошенные волосы, сияющие глаза и то, как она мило краснеет, когда смущается, он прикрыл глаза и прошептал.
-Учти ангелок, если я отсюда выберусь, неделю тебя из кровати не выпущу.
Алеся встретились с Юлей в поезде, который проходил через Загорск. Девушки с бледными и заплаканными лицами сначала полчаса молчали, а затем Юля начала сквозь всхлипы рассказывать о том, как тяжело прошло у них детство, когда родители погибли в аварии и дети остались одни.
-Максюшке, тогда было десять, а мне пятнадцать почти шестнадцать, сначала мы жили у моей крестной, а потом брата отдали в детский дом, так как крестная сама была на пенсии по инвалидности, но она шила дома, а я ей стала помогать, поэтому меня оставила и оформила опеку. Макс тогда очень повзрослел, до аварии он был капризным ребенком, думающим только о себе, а после стал ответственным, серьезным и даже сам попросился в детский дом, видя как тете Тае тяжело с нами. Я тогда ревела, не хотела его отпускать, но ходила его навещать каждые выходные. Он хоть и не говорил, но я видела, что ему там было очень плохо, он стал, озлобленный, постоянно фыркал. Юля смахнула слезы, которые у неё текли по лицу и помолчав немного продолжила.
-Я тогда отучилась на закройщицу и, пошла работать в ателье, еще подрабатывала фасовщицей в магазине и кое- как, у нас с тетей Таей получилось оформить опеку и мы забрали Максима домой. Алеся теперь поняла, почему Максим все время недовольно кривился, когда она посещала детские дома, видимо у него были не приятные воспоминания. Юля разревелась в голос.
- Я просто не могу его потерять. Леся обняла её, она тоже плакала. И так поддерживая друг друга девушки прибыли на место. Их встретил седовласый мужчина с военной выправкой, Юля сразу кинулась к нему.
- Сан Саныч ну что там? как это произошло? Мужчина по- отечески обнял девушку, и с грустью в голосе сказал.
-Юленька ты же понимаешь, как не планируй, как не разрабатывай, все равно все учесть не получается. Парни с бригадой отправились вызволять тяжелораненых и, вдруг взрыв. Алеся подошла ближе и задала вопрос, который боялась задать.
-Скажите, а каковы шансы? Мужчина внимательно посмотрел на неё, как бы оценивая, потом потер подбородок и ответил.
-Если на момент взрыва они были в подъемнике, то шансов нет, а если успели добраться к раненым, то мы их точно вытащим живыми и дай бог невредимыми. Он проводил девушек в микроавтобус, где уже сидели люди, это была пожилая женщина с мальчишкой подростком и две молодые девушки у всех были бледные и заплаканные лица. Юля поздоровалась с женщиной, она оказалась матерью Максимова коллеги и как поняла Алеся, девушки тоже направлялись к месту катастрофы. В машине было тихо, казалось, что сам воздух был пропитан напряжением. Они ехали минут сорок, и наконец добрались до места. Выглядело все ужасно, насыпи породы которые здесь называли терриконы, вокруг развороченная и перепаханная земля, чуть вдалеке виднелась разрушенная конструкция шахты, перевернутые вагоны. В другой стороне стояла, какая то установка похожая на бурильную, видимо с помощью её пытались откопать завал. Воздух был настолько тяжелый, и казалось, имел какой то солоноватый привкус. Сан Саныч объяснил нам, что родственники пропавших могут находиться тут и не лезть за ограждение иначе всех удалят. Рядом стояло нетронутое здание конторы, которое сейчас использовали как штаб, там предлагалось отдохнуть и перекусить, кто желает, а еще в городе арендовали несколько гостиничных номеров.
