Файл кончился, вместо него на экране зажглась зеленая фосфоресцирующая стрелка. Пару раз мигнув и качнувшись из стороны в сторону, она вдруг вытянулась и указала направление. Суббота обернулся на черный зев – оттуда, казалось ему, уже надвигалось что-то огромное, неимоверное – и пошел прочь по стрелке, все ускоряя шаг, потом перешел на трусцу, побежал…
Стрелка покачивалась, как у настоящего компаса, время от времени, рыскнув по сторонам, вдруг меняла курс, один раз даже развернулась на сто восемьдесят градусов, так что Суббота замер в нерешительности – возвращаться назад? Но стрелка упорно тянулась, настаивала, и он, махнув рукой, побежал, куда было указано. Стрелка не обманула его, вокруг стали сгущаться стены, подходить все ближе и ближе, пока не образовали коридор, галерею с нишами, в которых недвижно стояли девы-воительницы.
Суббота облился холодным потом: что, если его захотят задержать или попросту убьют? Но девы – те, которые не дремали, – провожали его равнодушным взглядом. Видимо, они останавливали лишь тех, кто шел внутрь, до уходящих им дела не было.
Все время косясь на стрелку, пробежал мимо кладбища автомобилей. Однако стрелка тут же велела ему вернуться. То есть как, что это значит? Он заполошно покрутил телефон – тот все тянул назад, к машинам. Делать было нечего, пошел, куда велено. Программа явно что-то искала, он двигался от машины к машине, но стрелка вела его дальше и дальше. Вот уже последний автомобиль остался позади, впереди были только мотоциклы… Стрелка довела его до мопеда братьев Вернер. Он пытался идти дальше, пытался – в другую сторону, но всякий раз его возвращали назад. Ну что же, мопед так мопед, пусть и древний, главное, чтобы был на ходу, педалями тут много не накрутишь.
Может, на этом его бегство и закончилось бы – кто помнит, как заводятся древние мотоциклы? – и так бы и стоять ему соляным столбом до скончания времен, но, на счастье, в айфоне был голосовой поиск.
Суббота негромко – так, чтобы слышно было только ему да айфону – спросил, как завести мотоциклет братьев Вернер. Тут же выпало несколько подробных рекомендаций. По схеме он отыскал калильную трубку, быстро разогрел ее зажигалкой, молясь, чтобы в бензобаке хоть немного осталось бензина. Потом оседлал мопед, вытолкнул на свободное пространство, заработал тугими педалями – и мотор, хоть и трудно, но запустился с хода.
Тукая и пуская черную струю, мопед довольно резво устремился вперед. Спустя минуту он проехал серую «Нексию» Дианы и рванул к ведущему наверх туннелю. С урчанием и натугой мопед преодолевал подъем, а Суббота все оглядывался – нет ли погони?
Погони не было.
Когда мопед вырвался из туннеля на свободу, Суббота решительно перестроился во второй ряд. Он уже точно знал, куда ему ехать, знал наверняка…
Случилось странное, то, чего никак уж нельзя было предвидеть: в офис к волчеглазому Алексею Субботу не пустили. Каких угодно ждал он препятствий, только не этого.
– Ты бы еще на тракторе приехал, – сказал ему насмешливо охранник, оглядывая «вернера», каким-то чудом все же довезшего Субботу среди тающей грязной зимы и злобных джипов до спальных этих пенатов. Охранник был тощий, больше на сисадмина похожий, но упрямый: такой башку себе разобьет, но без разрешения не впустит.
– Мне к Леше нужно, идиот! – накалялся Суббота.
– Не знаю никакого Леши, по телефону звоните, – издевался несостоявшийся сисадмин.
– Нет у меня телефона! Дай пройти, или поздно будет, – бесился Суббота.
– А что будет поздно? – неожиданно заинтересовался охранник.
– По асфальту раскатаю, – искренне посулил Суббота.
И лежать бы охраннику раскатанному, в полном соответствии с обещанием, или, может, Субботе так лежать, а то и им обоим валяться на холодном, заляпанном снегом и кровью асфальте, но тут нарисовался на пороге ангел не ангел, но что-то голубоглазое, веселое: Миша Ковалев – так отрекомендовался, словно из табакерки выскочил.
Двух слов ему хватило, чтобы все понять; вывел, не мешкая, приемистую «Хонду», пихнул в нее оторопевшего Субботу, сам прыгнул на место водителя, дал по газам, ввинтился в поток машин, расталкивая и перестраиваясь, помчался по автострадам и, виляя, сквозь квадратные дворы, одной рукой машину ведя, другой – набирая на телефоне волчеглазого, волчеухого Лешу. Леша понял все еще быстрее, с полуслова, одобрил Мишу, велел везти в резервный офис, обещал прибыть при первой возможности, фамилию только уточнил:
– Суббота или как?
– Суббота, – кивнул Мише на вопросительный взгляд пассажир.
Через минут пятнадцать, а то и того меньше, «Хонда» подъезжала к тайному месту, где совсем недавно нашли прибежище отец Михаил и его спутники: Катерина, Голощек и даже маломощный дьячок Антоний.
– Отца Михаила нет, и Леши тоже, – объяснял, втаскивая за собой в офис, Миша Ковалев. – Но остальные на месте. Подождите немного, скоро и те подтянутся…
