Ангел приходит в Вавилон полностью

Курруби. Я не знаю, кто ты. Ты принял облик моего возлюбленного, но ты не мой возлюбленный. Ты все время то царь, то подставка для ног. Ты только видимость, а нищий, которого я ищу,-действительность. Я целовала его, а тебя я не могу целовать. Он топтал меня ногами, а ты этого не можешь, потому что боишься отойти от тропа из страха его потерять. Твоя сила бессильна, твое богатство – хуже бедности, твоя любовь ко мне – это только любовь к себе. Ты не жив и не мертв. Ты существуешь, но тебя нет. Отпусти меня, царь Вавилона, и от себя и из этого города.

 Навуходоносор снова уселся на трон.

Навуходоносор (тихо). Ты видела, на чем покоится моя власть: моего сына? Империю унаследует идиот. Я погибну без твоей любви. Я не смогу прикоснуться к другой женщине.

Курруби. Я люблю нищего, и я предам его, если не уйду от тебя.

Навуходоносор (едва слышно). Я же тебя люблю.

Курруби. Что ты говоришь! Ты не можешь меня любить, раз ты не существуешь.

Архиминистр. Скандал, просто скандал! Так всегда бывает, когда девушек делают из ничего.

Навуходоносор (спокойно). Впустите народ...

Архиминистр. Ваше величество...

Навуходоносор. Пусть войдут.

 Генерал уходит в глубину.

Утнапиштим. Вот и конец династии.

Архиминистр. К счастью, конституция республики у меня уже готова.

 Утнапиштим и архиминистр отступают к левой стене. Из глубины сцены медленно появляется народ: оба рабочих, Гиммил, полицейский, который стал революционером, Энггиби, Али, жены рабочих, гетера, прочий люд, солдаты, все с камнями, дубинками, палками. Они медленно выходят вперед, глядя на Курруби и неподвижно сидящего Навуходоносора.

Навуходоносор. Вы врываетесь в мой дворец. Сокрушаете тараном его стены. Зачем?

 Смущенное молчание.

Первый рабочий. Мы пришли...

Второй рабочий. Девушка...

 Банкир Энггиби выходит вперед.

Энггиби. В стране, ваше величество, произошли такие удивительные события, что мы пришли к вам, даже не спросив на это разрешения соответствующих инстанций.

 Смех в толпе.

Голос. Браво, банкир!

Энггиби. Ангел пришел в Вавилон. Он принес девушку, на которой ваше величество никак не решается жениться.

Голос. В точку.

Энггиби. Мы стоим здесь, мы вооружены, дворцовая стража перешла на пашу сторону, и власть теперь находится в руках населения. Но это не значит, ваше величество, что мы хотим вынудить вас к этому браку, более того, мы просим вас учесть, что наше настойчивое желание видеть девушку нашей царицей вовсе не означает, что мы хотим видеть ваше величество нашим царем.

 Смех. Громкое одобрение.

Навуходоносор (спокойно). Я готов был жениться на девушке. Но она мне отказала.

Гиммил. Дала царю от ворот поворот?

Али. Ничего удивительного.

 Толпа горланит и свистит. Громкий смех.

Первый рабочий. Долой такого царя!

Второй рабочий. На фонарь!

Нимрод (с торжеством). Посадите меня на его место! Я установлю по-настоящему справедливый социальный строй.

Первый рабочий. Знаем мы эту справедливость.

Гиммил. Лишь бы царю и чиновникам легко было греть руки да наживаться.

Нимрод. Я заново захвачу все страны мира. Я взываю к вашей национальной гордости: есть еще селения и по другую сторону Ливана, есть еще селения и за морем.

Второй рабочий. Один кровопийца не лучше другого.

Жена первого рабочего. Они пожирали наших детей.

Первый рабочий. Не хотим больше никого завоевывать!

Все. Долой царей!

 Молчание. Все напряженно смотрят на Навуходоносора, который сидит на троне как каменный.

Навуходоносор. Берите девушку назад. Пусть она принадлежит тому, кто больше всех ее любит.

 Мужчины поднимают шум.

Мужчины. Мне! Мне! Я люблю ее! Я больше всех!

Энггиби. Девушка должна принадлежать мне. Я один в состоянии купить достойную оправу ее высокому происхождению.

Навуходоносор. Ты заблуждаешься, банкир. Девушка любит нищего; правда, она забыла его имя, а самого нищего потеряла на берегу Евфрата. Она потребовала от меня, чтобы этим нищим стал я. Имей в виду, она потребует того же и от тебя.

 Энггиби разочарованный отступает.