Кейман этого и добивался: чтобы я успокоилась и расслабилась, избавившись от неясного страха. Но мысль пришла, только когда я уже лежала под одеялом, готовясь отрубиться. И точно знала: сегодня мне приснится Таара. Я даже полагала, что именно увижу, но противиться не стала. Некоторые вещи лучше увидеть собственными глазами.
Так странно быть ею. Смотреть на мир глазами Таары и ощущать ее эмоции. Когда смотришь на нее со стороны, она совсем не воспринимается… мной.
Я словно просыпаюсь. Сквозь неплотно задернутые шторы в комнату льется звездный свет. Кожей чувствую горячую ладонь, что мирно покоится у меня на спине. По телу разливается непривычная усталость. Я осторожно, чтобы мужчина рядом не проснулся, вылезаю из постели и ставлю ноги на ледяной мраморный пол спальни.
Кажется, голова сейчас взорвется. Никогда еще меня не разрывало на части таким количеством эмоций. Это словно Кейман влез в мою голову и на максимум выкрутил все регуляторы. Страха, обиды, боли, счастья, желания, ненависти. Я словно стою в толпе, которая одновременно стонет, плачет, смеется, кричит… каждый, даже негромкий, звук отдается физической болью.
Я – сестра. Потерявшая брата и родителей, воющая от отчаяния у самой черты. Я – мать. Оставившая горячо любимых детей. Жертва жестокого убийцы. Смертельно уставший столетний старик.
Я – смерть.
Выхожу на балкон, с жадностью хватая ртом холодный воздух ночи. Расправляю подаренные братом крылья, подставляю их навстречу ветру и закрываю глаза в призрачной отчаянной надежде на несколько мгновений покоя.
– Снова решила сбежать? – слышу холодный голос Кроста.
Он пугает. Я еще помню его несколько часов назад. Тело помнит и страсть, и нежность, и жестокость.
– Я не… я просто…
– Что тебе снова не нравится? – усмехается он. – Все как ты хотела. Никаких ограничений. Никаких запретов. Я предлагал тебе все. Мир, себя, любовь, дружбу – все, что ты просила. Ты рвалась на свободу, Таара. Вот она, твоя свобода.
– Замолчи, пожалуйста, – шепотом прошу я. – Крост… я умоляю, замолчи!
Хватаюсь за голову, закрываю уши руками, но голоса не заглушить, они – внутри меня, они – я сама.
– Мне плохо…
– Странно, пару часов назад было хорошо.
– Ты не понимаешь…
– Ты никогда не давала мне шанса понять.
