При этом губы упорно не желали отлипать.
— Каменное кресло в первом ряду? Толстый, лысый, в серой тоге?
— Он! Хозяин школы и...
— Не щекочись! Мух полно, еще и ты...
Ухо освободилось. Обиделся?
Неужели с ходу сочинил? Или перевод подходящий вспомнил?
— Ну что я говорил, хозяйка? Прикончил его Каст, с пятого удара прикончил!..
— Угу.
Хозяин мой, Тантал ему в консулы-коллеги, очень играть любил. Увлекался до одури, но не гладиаторами, а колесницами. Разница, конечно, есть, и немалая, но игра — всюду игра.
Для начала вычеркнули мы с Аяксом поединки с деревянным оружием. Не ставит никто всерьез на всяких пегниариев. Затем... Затем я хозяйскую науку вспомнила. Серебро счет любит, моя же мама все записи в доме вела. И мне самой кое-что хозяин рассказывал — хвастался, подлец.
Колесницы, как известно, придерживают. Не только ради того, чтобы проиграть — иногда и для того, чтобы выиграть. Не сегодня, чуть позже, когда публика в слабость поверит и на других ставить начнет.
Итак, колесницы придерживают. А гладиаторов?
Узнала я у Аякса моего, в каких случаях проигравшего на арене не убивают. Тех, что раненные тяжело были (не подделаешь, не оловянный сестерций), из списка выбросила. А кто остался? Остались же «отпущенные стоящими». С ними тоже морока: кто по воле публики, кто потому, что время вышло. Каждый боец разный, у каждого — своя ступенька в школе, «палус», если по-гладиаторски, вроде как у легионеров, по опыту старшинство и по силе. Но и это не все. У одного пять побед, у другого — двадцать. Второй вроде сильнее...
Ну точно, как с колесницами!
… Зато первый моложе, причем лет на десять. И ран у него серьезных еще не было. А этот, допустим, «палус» высокий имеет, дерется долго, но все последние игры «стоит». Будет и дальше «стоять» — или выпустят лошадку? Вот и пригодился Аякс!
— Папия, Папия! Вон там, во втором ряду! Юлия Либертина, ее дом сразу за Форумом, я там позавчера был.
— Стихи ей поднес? Ну и как?
— Ну... Обещала плащ подарить. Потом, к зиме ближе. А между прочим, прическа у этой Либертины...
— Хозяйка, да погляди же ты! Сейчас андабаты драться станут, десяток на десяток!..
Андабаты — это кто? Нет, не объясняй, не надо.
Все равно смотреть не стану. Вот если бы андабатов этих да прямиком на первые ряды Цирка направить. И начать, конечно же, с ланисты Батиата!
А почему бы, собственно, и нет?!
Я наметила семь бойцов — из тех, кто долго «стоял». Три раза проиграла, четыре — выиграла. Немного, конечно, не одна я такая умная. Но вот с Эномаем, который из «галлов», иначе вышло. Тут мы с Аяксом чуть не поругались. Шумел одноглазый, ручищами размахивал. Мол, да простит мне твой гений, но ты, хозяйка, в таких случаях слушаться должна, я на арене песок нюхал, пока ты еще под стол бегала!..
И — пятьсот сестерциев. Премудрость[3], Папия! Но главное... Нет, не знаю я еще главного. И понадобится ли мне это главное, тоже не знаю.
Значит, узнать надо!
— Папия, можно идти.
Нет, подождем. Зачем хозяйке в толпе пихаться?
Оглянулась. Встала.
— А что? Игры уже кончились? Аякс, ты говорил, что в школе Батиата пирушки случаются.
— Не пирушки, госпожа Папия, — серьезно поправил одноглазый. — У «волчиц» пирушки, а у нас — свободные трапезы.
Свободные? Аякс тяжело кивнул.
— Как есть свободные. Всех пускают, только угощение приноси. А главное — перед боем они, трапезы, случаются, так что назавтра половина ребят свободными станут. Только Харону асc заплатят.
Ясно. Интересно, когда ближайшая?
После того когда я рассказала Учителю о том «главном», что мне все-таки удалось узнать (ох, лучше бы не узнавать никогда!), Он удивленно вздернул брови.
— Даже так? Ты молодец, обезьянка! Большой молодец!..
Тогда Он впервые меня так назвал. А я почему-то не обрадовалась.
— Сиятельная Фабия Фистула! Сиятельная Фабия Фистула!
Солнышко греет, на белесом жарком небе ни облачка, зато и пыли нет — ночью дождь случился. Словно по заказу.
— Сиятельная Фабия Фистула! Дорогу сиятельной Фабии Фистуле!
— А-а-а-а-а-а-а-а!
Из переулка, что от Дороги Сципиона к Острову Батиата — мальчишки врассыпную. Пятки шлепают, скользят по влажному камню. Резво мелюзга капуанская бежит, точно на нее дюжину волкодавов-молоссов натравили. Оголодавших.
— Дорогу сиятельной Фабии Фистуле!
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Несут! Несу-у-ут! Разбегайся-я-я!
А чего бы не поорать, глашатаю вторя? Событие как-никак. Хоть Капуя-город, хвала богам-заступникам, и не маленький, не Анниев Форум какой-нибудь, но и не Рим все же.
— Сиятельная Фабия Фистула!
Кто же она, эта сиятельная? И собой какова?
