У меня вообще челюсть отвалилась - и Тоша, и Макс тут же согласились, и с равным энтузиазмом. Мой ангел только головой покрутил, а я подумала: вот бы кого сюда - у Дары через пару дней все небесное сообщество трудилось бы на благо наших детей.
Но раз уж поменяться местами мы не можем, можно попробовать поменяться задачами.
- Дара, - обратилась я к ней, - у меня к тебе тоже просьба есть.
- Да? - подняла она на меня свои огромные зеленые глаза.
- Присмотри, пожалуйста, за Игорем, хорошо? - сказала я, и краем глаза удивила какое-то движение справа от себя.
Мой ангел схватился за голову.
- Конечно, - хором ответили мне Дара и Игорь.
Мой ангел схватился за телефон.
- Так, все, самое главное обсудили, - лихорадочно затараторил он. - Нечего заряд просто так расходовать. Будем на связь выходить по мере поступления информации.
- Нет, минимум раз в неделю, - снова очнулась Марина. - Будь любезен держать нас в курсе. Регулярно.
И опять мой ангел безропотно согласился. Наступил мой черед головой крутить.
Когда экран телефона потух, какое-то время мы с ним молчали, а потом одновременно открыли рот. И рассмеялись.
- Что ты хотела сказать? - спросил он.
- Нам нужно поговорить, - твердо произнесла я, старательно копируя тон Марины.
- Вне всякого сомнения, - с готовностью ответил он.
- Я первая, - бросилась я развивать успех.
- Я тебя слушаю, - попытался он свернуть мой успех в сторону.
- Нет, я первая спрашиваю! - не оставила я ему никаких сомнений.
- Вот что-то мне это напоминает… - Он нарочито задумался. - Мне по очереди отвечать или сразу на всю обойму?
Я помолчала, прокручивая в памяти телефонный разговор, чтобы ничего не пропустить.
- Что ты обещал Марине? - начала я с самого главного. - Это нашу историю усовершенствовали? Для кого? Для других детей? Игорь точно бросил эту затею? Почему это вы все такие покладистые сделались? Какое это одно дело вы делаете? И кто это прозрачный? Что за история с ним? И почему он наш?
Мой ангел внимательно слушал меня, то и дело кивая головой. Обнадеживающий вид. Я перевела дух и приготовилась слушать.
- Татьяна, - начал он, - я обязательно отвечу на все твои вопросы. По порядку, без исключения, ничего не откладывая и не утаивая. Но сначала … пожалуйста, исключения ради, ответь на мой. Один.
Я подозрительно посмотрела на него. Помню я эти его вопросы в самом начале нашего знакомства, для ответа на которые мне иногда полдня не хватало.
- Только если это не будет твое вечное «Почему», - решилась я, наконец, на хорошо опробованный компромисс.
- Нет, это очень простой вопрос, - заверил он меня. - Скажи мне, что ты задумала, когда отправила нас в аварию вместо Игоря?
Да уж, проще некуда. И самое главное, что за моим ответом неизбежно последует «Почему». И, скорее всего, не одно. А, ладно, он сам сказал - один вопрос. А потом все мои.
- Ты мне рассказывал, - медленно начала я, - что после смерти мне придется проходить эту вашу контрольную комиссию. На которой будет рассматриваться вся моя жизнь. Я хотела встретиться с ними. Лично. Рассказать им о наблюдателях. Как они искажают действительность. Пользуясь своим положением и секретностью.
Я замолчала под его пристальным взглядом. Где его «Почему»? К ним я хотя бы приготовилась.
- В общем, хотела донести до них человеческую точку зрения, - неловко добавила я.
- Понятно, - коротко ответил он.
- Правда? - обрадовалась я.
- Мне понятно, а вот тебе нет, - отрезал он. - Ты проходила бы эту комиссию, если бы твоя жизнь естественным образом закончилась. Тогда и я бы мог подключиться - мои рекомендации обязательно бы рассматривались.
- Каким естественным образом? - возмутилась я. - Времени уже не было ждать! Они же прямое нападение на Игоря планировали!
- Отлично, мы здесь. Что дальше? - склонил он голову к плечу. - Тебя до конца обучения даже слушать никто не станет, мне тоже пришлось выйти из игры…
- Я же говорила, чтобы ты на землю возвращался! - напомнила я ему.
- Нет уж, - резко повел он в сторону рукой знакомым безапелляционным жестом. - Как я погляжу, за тобой не только на земле глаз да глаз нужен. Тем более, со всем этим ужесточением системы безопасности. Ни к Стасу попасть, ни в административное здание ничего не пронести, ни мысленной связью воспользоваться. Я боюсь даже думать, чего Стасу стоило, чтобы тебя назад не отправили. Ты теперь понимаешь, что ты натворила? - рявкнул он.
- Я понимаю, - коротко ответила я, и остановилась, чтобы сморгнуть подступающие слезы. - Ты просто не хочешь мне отвечать.
- Я обещал, - мрачно заметил он.
- Мало ли, - заметила я, вставая. - У вас же многое изменилось.
Я пошла к стеклянной двери. В видимости он за мной во дворик не потащится, а в невидимости - пусть остается, где хочет. А я с бесплотными голосами разговаривать не обязана.
- Ладно, что сделано, то сделано, - проворчал он, хватая меня за руку. - Я тебя в потемках держать не буду. В отличие…
- Что? - резко обернулась к нему я, но он уже перешел к запрещенным приемам.
Оказавшись у него на коленях, я только успела подумать: мы еще оба в видимости или уже нет, как он заговорил.