Ангел тьмы полностью

Я последовал этому указанию. Туземец не шелохнулся – только стоял и улыбался, пока мы не оказались от него примерно в двадцати футах. Потом очень медленно поднял руки вверх. Я остановил жеребца, и мы стали ждать. Опустив одну руку, абориген показал ей на землю.

– Я не трогаю вас, – сообщил он, улыбаясь еще шире. Следуя взглядом за его пальцем, мы увидели на дороге маленький лук, пару гладких маленьких стрел и еще один крис с волнистым лезвием. – А вы не стреляете в меня, – продолжил он, обратно поднимая руку. – Да?

Мисс Говард кивнула – но «кольт» оставила там, куда положила.

– Хорошо, – объявила она. – Чего вы хотите?

– Я помогать вам! Точно могу помогать вам, да! Иногда я вам уже помогаю.

– Но ты человек сеньора Линареса. Зачем тебе помогать нам?

Туземец дернулся было к своему оружию, побудив мисс Говард взвести курок «кольта». Глаза человечка чрезвычайно расширились, и он снова задрал вверх руки.

– Все хорошо – я вас не трогать, леди, а вы моя не стрелять! Я помогаю вам!

– Сначала говори мне, зачем помогаешь нам, эти штуки поднимешь потом, – приказала мисс Говард.

К Эль Ниньо вернулась располагающая улыбка, а его округлые черты продемонстрировали, что называется, показное отвращение.

– О, не для меня работать на сеньора – больше нет! Он бить меня – бить свою жену – бить всех, кулаками как… как… – Быстро оглядевшись, абориген схватил большой булыжник с обочины и показал мисс Говард.

– Как камнями, – вымолвила она.

– Да, точно, как камнями! Давать мне один костюм из одежды… – Он поднял руки, демонстрируя закатанные рукава пиджака, а потом показал на брюки, грубо обрезанные у лодыжек. – Слишком большой! Не для меня. Сначала, первый раз, я работать на отца… старого сеньора…

– Отца сеньора Линареса?

– Да, леди. Он другой человек. Хороший человек. Этот сын – не такой. Бить всех кулаками, думать он великий – потому что мама любить его слишком сильно!

Тут я закатился со смеху и заполучил за это тычок острого локтя мисс Говард – но и она сама с трудом сдерживала веселье от этого малого.

– И чего же ты хочешь от нас? – уточнила она, опуская «кольт».

Эль Ниньо пожал плечами:

– Я работать на вас, я думаю. Да, я так думаю. Я наблюдаю вас – вижу, вы хотеть найти маленькую Ану. Хорошо. Сеньор, он не хотеть, чтобы вы ее находить. Но она маленькая! Я думаю, вы найти ее, потому что вы хорошие люди. Я работать на вас, я думаю – так.

Мы с мисс Говард обменялись ошеломленными взглядами. А что нам оставалось сказать? Предложение было настолько странным, что о нем попросту не могло быть и речи, но никто из нас не горел желанием сказать об этом ему. Особенно учитывая тот арсенал, что лежал на дороге, и зная теперь, что он следил за каждым нашим шагом не одну неделю. К тому же мы оба нашли в этом малом нечто привлекательное – привлекательное и славное. Так что, может, идея эта, несмотря ни на что, была не такой уж и необычной.

– Но, – сказала мисс Говард, – как ты себе это представляешь – «работать» на нас? Что ты будешь делать?

Абориген собрался было ответить, но прежде покосился на свои пожитки на дороге.

– Я могу взять? – осторожно спросил он.

Мисс Говард кивнула, глядя на него так, будто он был непослушным ребенком, и уточнила:

– Медленно.

Он поступил согласно указанию и рассовал все предметы своего арсенала по большим карманам, специально пришитым к изнанке пиджака. Потом двинулся к нам с важным видом, словно был в два раза больше своих размеров.

– Я много могу! – объявил он. – Защищать вас от врагов – убивать их или усыплять! Готовить могу! – И обвел окружающий нас пейзаж. – Змею, собаку – иногда крысу, если вы очень голодный. – Тут и я, и мисс Говард издали стоны отвращения сквозь уже привычные улыбки. – Видеть все – узнавать все! Если Эль Ниньо работает на вас – глаза у вас есть везде! – И он снова взмахнул рукой в сторону горизонта.

– А каково будет твое жалованье за все это? – осведомилась мисс Говард.

– Мое жа?.. – озадаченно пробормотал абориген.

– Сколько нам придется платить тебе?

– О, платить, да! – кивнул он, гордо надувая грудь. – Эль Ниньо манилец – манильцы работают только за плату! Сеньор платить мне ничем – дерьмом! – Тут я снова громко расхохотался, а мисс Говард даже не попыталась остановить меня – на самом деле она присоединилась ко мне, как и Эль Ниньо, довольный нашей реакцией. – Дерьмом он платить мне! – продолжил он. – Плохая одежда… еда после того, как ели другие… и сеньора заставлять меня спать снаружи, даже зимой! Вы сможете дать мне хорошую еду… кровать чтобы спать, да? В доме много кроватей. А ты… – Он указал на меня, а потом снова проделал тот маленький танец рукой вокруг шеи, отчего моя ухмылка немедля померкла.

– Эй, ну-ка потише! – заявил я. – Мне от тебя неприятности не нужны…

– Нет, нет! – воскликнул он. – Не неприятности! Одежда! Твоя одежда – три ночи назад – ты не любить своя одежда, да?

Пересчитав ночи по пальцам и пытаясь сообразить, о чем это он, я вспомнил поездку в Саратогу – и тут в памяти воскресла встреча с тем, кого я принял за ребенка, в садах у «Казино».