Все это было весьма интересно, и мы с мисс Говард по-прежнему жалели, что не можем побывать там и взглянуть сами; но ни один из нас не завидовал участи доктора, ставшего особым объектом ненависти Либби – памятуя о массе обнаруженных нами примеров того, как она обращалась с людьми, и молодыми, и старыми, мешавшими ее замыслам. Признаюсь, чем больше я слышал об освидетельствовании, тем больше беспокоился за доктора, пока наконец не спросил, позаботился ли он о наличии во время этих бесед кого-то, способного помешать этой женщине причинить ему какой-то внезапный, неожиданный физический ущерб. Он ответил, что да: каждую минуту, что он проводит в камере Либби, за дверью находится охранник Генри и тщательно следит за всем происходящим.
Что же до детектив-сержантов и мистера Мура, то их попытки выяснить, что мистер Дэрроу замышляет в Саратоге, были примерно столь же плодотворными, что и усилия нашего отряда разузнать прошлое Либби, – но только до субботы. Тем вечером, когда остальные из нас сидели в столовой мистера Пиктона и слушали рассказ доктора о его последней беседе с Либби, явились эти трое – позже, чем обычно, и в настроении существенно лучшем, нежели то, с коим они покинули дом поутру. Им, кажется, наконец улыбнулась удача в лице частного сыщика, работавшего на Дэрроу в Нью-Йорке: Люциус знал сыщика, и когда тот объявился в отеле «Гранд-Юнион» с отчетом для мистера Дэрроу, детектив-сержант перехватил его и выжал кое-какие сведения – естественно, не сообщая, что трудится на противоположную сторону. И хотя этот человек не сообщил особых подробностей, его общих замечаний хватало, чтобы удостовериться: Дэрроу действительно пытался разведать все, что только мог, относительно текущей деятельности доктора и ситуации в городе, включая проблемы, с которыми тот столкнулся после самоубийства Поли Макферсона. Ничто из этого в принципе не шокировало: мы с самого начала догадывались, что Дэрроу для опровержения наших действий против Либби Хатч мишенью изберет доктора. Но одно, как говорится, замечание, вскользь брошенное Люциусом насчет прочих сведений от сыщика, вызвало у доктора существенно бо́льшую обеспокоенность.
– О, кстати, – сказал Люциус, улыбаясь миссис Гастингс, когда та поставила перед ним большую тарелку с едой, – он обзавелся своим алиенистом, который тоже собирается провести освидетельствование Либби.
Мистер Пиктон озадаченно поднял взгляд:
– В самом деле? Интересно, зачем. Он уже довольно ясно дал понять, что не собирается прибегать к линии защиты по невменяемости.
– Верно, – ответил доктор, – но когда обвинение в таком деле, как это, планирует оперировать свидетельскими показаниями о чьем-то психическом состоянии, защита обычно испытывает потребность ответить на это. Вероятнее всего, Дэрроу использует возможность показать, сколь мучительной оказалась для Либби смерть детей, и в то же время продемонстрировать, что она – полностью дееспособная личность, достаточно уравновешенная, чтобы заботиться не только о собственных детях, но в равной степени и о чужих. Ваш коллега случайно не упомянул имени этого алиениста, Люциус?
– М-м, да, – отозвался Люциус, набросившись на домашнюю еду, к которой все мы весьма пристрастились с нашего прибытия в Боллстон-Спа, и начал одной рукой шарить в карманах, не собираясь откладывать вилку. – Я записал его где-то… ага! – Он извлек маленький клочок бумаги из внутреннего кармана сюртука. – Вот – Уайт. Уильям Уайт.
Доктор внезапно перестал жевать, обеспокоенно глянул на Люциуса и уточнил:
– Уильям
Люциус еще раз сверился с бумажкой:
– Да, так и есть.
– В чем дело, Крайцлер? – вмешался мистер Мур. – Вы знаете этого человека?
– Конечно, – кивнул доктор, отодвигая тарелку, медленно поднялся и взял бокал вина.
– Проблема? – осведомился мистер Пиктон.
Черные глаза доктора обратились к окну и уставились в ночь.
– Скорее загадка.
– Он ваш противник? – спросил Маркус.
– Наоборот, – ответил доктор. – Мы много раз встречались и часто переписывались.
– Странно, – заметила Сара. – По идее, Дэрроу мог бы найти кого-нибудь, в открытую враждебно настроенного к вашим теориям, раз уж вообще озаботился кого-то привлечь.
