«Что бы Ирина с ним ни делала, все кончено», – цинично подумал Люсьен, входя на уединенную заднюю террасу дома. Ровно через две недели после медового месяца Дидье позвонил ему, буквально завывая от бешенства и ярости.
– Я хочу развода! – вопил он в трубку. – Хочу вышвырнуть эту суку! Не дам ей ни единого чертова су!
Это было вчера вечером. Оставалось надеяться, что к утру Дидье немного успокоится. Да и слишком ранний час для скандала.
К несчастью, стоило Люсьену войти через стеклянную дверь в гостиную, воздух сотрясли поистине оглушающие вопли. Только принадлежали они не Дидье.
Он даже не понял, что слышит собственный голос.
Дэнни Магуайр долго смотрел на Мэтта Дейли. Вернее, не столько на него, сколько в пространство. Просто искреннее, полное надежды лицо Мэтта оказалось в поле зрения.
Конечно, Дэнни знал об убийстве Дидье Анжу. Как все во Франции, видел по телевизору и читал в газетах. Все, от «Монд» до «Фигаро», печатали статьи о красочном романтическом прошлом Анжу и гадали, какой обманутый муж или недовольный кредитор заказал убийство престарелого распутника. Но о последней жене кумира почти не писали, сообщали только, что она русская и, кажется, вернулась на родину после убийства. Дэнни ничего не слышал об изнасиловании. И так и сказал Мэтту.
– Официальная жалоба так и не была подана, – согласился тот. – Но блоги просто взрываются слухами о том, что киллер изнасиловал мадам Анжу и что парень, который обнаружил случившееся, нашел обоих привязанными друг к другу. Беда в том, что спросить некого. Вдова исчезла.
– Да. Но она вернулась в Россию. Не испарилась, как другие.
– Так пишут газеты, – пожал плечами Мэтт. – Но кто знает правду? Тамошняя полиция так продажна, что чикагская мэрия по сравнению с ней кажется Корпусом мира.
Дэнни невесело рассмеялся, полный дурных предчувствий. Если убийца Эндрю Джейкса действительно где-то рядом, раз за разом повторяя ужасные преступления, значит, две смерти невинных людей на совести Дэнни Магуайра. А вдовы? Прекрасные молодые женщины, которые исчезают так вовремя для убийцы, через две недели после преступления? Если они тоже мертвы, значит, и их кровь на его руках. Этот человек, это животное все больше смелеет с каждым удачным убийством. Дэнни не может просто так умыть руки и ничего не делать, позволив ему снова нанести удар. С другой стороны, он сказал Мэтту Дейли правду. И дело не только в нежелании вновь бередить старые раны и расстраивать Селин. Пока местная полиция официально не затребует помощи Интерпола, Дэнни ничего не сможет сделать.
– Мы не можем быть уверены, что это тот же человек. Я ничего не знаю о сэре Пирсе Хенли. Но Дидье нажил целую очередь врагов, жаждущих его смерти.
– Согласен. Мы не можем быть уверены, – кивнул Мэтт. – Поэтому и следует вновь открыть дело. Или начать новое по всем трем убийствам. Мы многого не знаем. И я нюхом чую, что это один тип, спятивший гребаный псих, и мы подбираемся все ближе.
– Я позвоню в Скотленд-Ярд и местную французскую полицию. Посмотрю, что можно нарыть. Но ничего не обещаю.
Если Мэтт и был разочарован, то неплохо это скрыл.
– Понимаю. Конечно, все это звучит странно, тем более что отец бросил меня и сестру и все такое. Но я хотел бы для него правосудия. И решил, что, если вы получите эту информацию, возможно, сумеете помочь.
– Что вы будете сейчас делать? – спросил Дэнни. – Вернетесь в Штаты?
Мэтт в недоумении уставился на него.
– Назад в Штаты? Черт возьми, нет! Зачем мне это? Как я уже сказал, думаю, что убийца здесь, во Франции. Лечу в Ниццу шестичасовым рейсом. К десяти буду в Сен-Тропезе.
– Поосторожнее, – предостерег его Дэнни. – Если в деле Анжу замешана мафия, вам грозит опасность.
– Но ведь вы и сами не верите, что это дело рук мафии. Бросьте. Это отговорка ленивого детектива, путь наименьшего сопротивления.
– Не знаю, – покачал головой Дэнни. – На этом этапе не знаю ничего конкретного, да и вы тоже, мистер Дейли. Сплетни в блогах не раскроют дело об убийстве. Кроме того, если вы правы и все три убийства связаны между собой…
– Так и есть. Вы знаете, что так оно и есть.
– Французской полиции не понравится, что кто-то топчется в их огороде и лезет в их расследование. Особенно американцы.
Мэтт с невинным видом развел руками.
– Обо мне не волнуйтесь. Я обаяю их улыбкой, и они станут есть у меня с руки.
В конце того же дня в зале ожидания лионского аэропорта Мэтт Дейли попробовал обаять жену.
– Я пробуду здесь еще неделю, милая. В крайнем случае десять дней. Привезу тебе подарок от Шанель, как тебе такое?
– Не нужны мне подарки! Хочу получить нашу долю этих денег! – прорычала Ракель. – Неужели не понимаешь, что каждый день твоего отсутствия эти гребаные фонды тратят
– Но, детка, убийство Анжу…
