- Сейчас, - девушка огляделась по сторонам, и пошла вперёд, огибая стеллажи, - Сашка, к тебе тут пришли, - подошла она к молодому человеку.
- Здрасте, - он оглядел меня с ног до головы, - вы кто?
- Я по поводу вашей бывшей жены, Виринеи Конфетиной, - сказала я, и показала ему удостоверение.
- И чего? – пожал плечами парень, - мы с Виркой недолго прожили, на полгода хватило. Она авантюристка, а я люблю дома посидеть, у телека с пивком. А она вечно куда-то свой нос совала.
- Ребёнок у неё не от вас? – спросила я.
- Нет, конечно. На фига мне дети? Она залетела после того, как мы расстались.
- А что вы имели в виду, говоря, что она лезла, куда не следует?
- Она постоянно кому-то звонила, какие-то дела проворачивала. Какие, я не знаю. Я два месяца её не видел... да и вообще... А что случилось?
- Вира умерла, - вздохнула я.
- Как? – удивился парень, - она, вроде, ничем не болела.
- Её убили.
- Кто это её?
- Пока неизвестно, - покачала я головой, - и мне нужно знать о ней всё, по возможности. Я ищу убийцу.
- А я что? Я ничего, - пробормотал Александр, расставляя ящики с фруктами, - я ничего не знаю. Она меня пинала постоянно, плакалась, говорила, что ненавидит благополучные семьи.
- В смысле? – удивилась я.
- Ну, она просто бросила такую фразу: ненавижу эти полные семьи. Твердят о какой-то любви, о чувствах... Она никогда не верила в любовь, она считала, что люди живут вместе просто так, из меркантильных соображений.
- Понятно, - вздохнула я. Романтика из детдомовской девочки никогда не получится...
Что за сволочь такая – этот Лазуретов?!!! Такое отношение к
родной дочери! Он ей психику сломал! Упырь!
Но что она делала в катакомбах? Окровавленная одежда, вещи, паспорт...
- Значит, вы ничего не знали о планах Виры? – уточнила я.
- Ничего, - мотнул он головой, и вернулся к своим ящикам, а я побрела по залу.
По пути взяла со стенда три апельсина, шоколадку,
шоколадный батончик, упаковку вафель, и, расплатившись, вышла из магазина.
Юркнула в салон своего джипа, и вскрыла упаковку с вафлями. Крошки тут же посыпались на юбку, а с юбки на пол, но я проигнорировала этот факт, и захрустела вафелькой.
Ничего так, облитые шоколадом, и обсыпанные орешками, но Анфиса Сергеевна такие же печёт более вкусные.
Я вынула из сумки термос, в котором плескался кофе с корицей, и налила себе чашечку.
Прихлебнув, сдёрнула обёртку с шоколадки, и вгрызлась в неё. На нервах мне захотелось есть.
Слегка утолив голод, я поставила чашечку на специальную подставку, и вдавила педаль газа.
Сейчас ещё разок пообщаюсь с Риной, а там посмотрим.
Затормозив около Ледового дворца, я вошла внутрь, и спросила у проходившей мимо женщины:
- Скажите, пожалуйста, где я могу найти Александрину Листопадову?
- Она повторяет номер, - ответила женщина, и окинула меня оценивающим взглядом, - а вы кто?
- Главный редактор журнала « Планета спорта », - показала я удостоверение.
- Зачем вам Рина? Лучше поговорите с Таней, - сказала женщина, - она обязательно выиграет, и поедет на международное выступление.
- Что за Таня? – удивилась я.
- Главный редактор самого крутого московского, спортивного
глянца спрашивает, кто такая Татьяна Меньшова? Вы издеваетесь?
- Извините, - смутилась я, - я слышала о Меньшовой. Но сейчас мне нужна именно Листопадова. Где она занимается?
- Пойдёмте, - женщина пошла вперёд, я за ней, и мы вошли в помещение, где девушки одевали коньки.
- Поговорите лучше с Таней, - сказала она, указывая на стройную блондинку, - она лучшая. Мастер спорта по стрельбе, и теперь у нас. Отличное интервью получится.
- Где Александрина? – я стала сердиться, - мне нужна только она!
- Да сдалась вам эта Листопадова!
- В чём дело? – подошла к нам Меньшова, - Лариса Алексеевна.
- Вот, - воскликнула Лариса Алексеевна, - главный редактор из « Планеты спорта ». Таня у нас лучшая.
- Я иду на золото, - тут же отреагировала Меньшова, и мне ничего не оставалось, кроме, как взять у неё интервью.
Может, пригодится для следующего выпуска, поговорю с Модестом Львовичем.
- Эвива Леонидовна? – вошла в помещение Рина, снимая коньки, а Таня поджала губы. Похоже, у этой выскочки огромное самомнение.
- Нам нужно поговорить, - сказала я, - я жду в кафе, что у входа, там удобнее, - и я вышла, краем глаза заметив перекошенное лицо Меньшовой.
С ней-то я разговаривала в подсобном помещении.
Я вышла из Ледового дворца, и толкнула соседнюю с ним дверь. Заказала чашку ристретто, и стала ждать Рину.
- Что случилось? – воскликнула она, упав рядом со мной, - вы что-то узнали?