– Но ты должен больше доверять мне, – спокойно, но твердо сказала Анджела. – Если какой-нибудь мужчина обратит на меня внимание, это не означает, что я отвечу ему тем же. Мое сердце принадлежит одному тебе.
– Мне бы уже следовало это понять, – ответил он с виноватой улыбкой.
– Но теперь-то ты понял? – спросила она, мягко касаясь его губ.
– Да, любовь моя… О Боже, да! – простонал Брэдфорд и крепко прижал ее к себе.
В зал они вернулись едва ли не через час после ухода.
– Могу я танцевать с другими мужчинами, если меня пригласят? – рискнула спросить Анджела.
– Да, – широко улыбнулся Брэдфорд, беря ее за руку и ведя в круг танцующих. – Но ни в коем случае не танцуй дважды с одним и тем же партнером. Надеюсь, ты это понимаешь. Иначе мне не так-то просто будет укротить свою ревность, Ангел.
Незадолго до наступления полночи с длинных столов были убраны закуски. Слуги принесли стулья и стали подавать блюда, предназначенные для праздничного ужина, – супы, салаты, рис, сладкий картофель, бисквиты; их сменили жареные утки, дичь, индейка, горячая ветчина.
После ужина Анджела танцевала с несколькими мужчинами, большинство из которых видела впервые. Но больше всего она, разумеется, танцевала с Брэдфордом. Шампанское ударило ей в голову, и, когда к ней подошел Грант Марлоу, Анджела вдруг сообразила, что хихикает.
– Мне даже не верится, что у вас не оказалось партнера, – улыбнулся Грант. – Я уже думал, что мне так и не удастся пригласить вас.
– Это не так. Вы могли пригласить меня в любое время. – Анджела снова захихикала. Почему ей так смешно?
– Таких, как вы, не найдешь в Техасе… Мисс Анджела, вы не выйдете за меня замуж?
– А вот сейчас вы говорите глупости, – смеясь ответила Анджела.
Ведя ее в танце, Грант постепенно смещался в сторону сада, пока они ни оказались под огромным, с замшелым стволом дубом. Внезапно Грант привлек Анджелу к себе и крепко поцеловал в губы. Это мгновенно отрезвило девушку.
Она изо всей силы толкнула его в грудь, но он не отпустил ее. Когда Грант все-таки разжал руки, Анджела едва не потеряла равновесие.
– Вы… вы не должны были этого делать! – выдохнула она, – Я просто не смог удержаться, – откровенно признался Грант.
– Господи, да Брэдфорд рассвирепеет, если увидит меня здесь!
– А что, Брэд имеет на вас какие-то права? – озадаченно спросил Грант.
– Да, имеет! Проклятие! Я пойду, пока он не обнаружил мое исчезновение.
– Слишком поздно, мадам!
– Что?!
Обернувшись, она увидела, что к ним подбегает Брэдфорд. Раньше, чем она сумела произнести хоть слово, кулак Брэдфорда описал дугу, и громадный мужчина оказался на земле. И тогда у Анджелы прорезался голос.
– Остановись! Перестань, Брэдфорд! Он не знал!
Брэдфорд повернул к ней лицо – и она отступила назад. Ей показалось, что в то мгновение он способен ее убить.
– Откуда он мог знать? Мы никому не говорили! Ты способен меня понять? Он не имел представления!
Некоторое время Брэдфорд изучал ее испуганное лицо, и постепенно гнев в нем угас. Он повернулся к Гранту и протянул ему руку, помогая подняться с земли.
– Я приношу извинения за свою дурацкую несдержанность… Ты можешь простить меня?
– Если ты примешь мои извинения, – ответил Грант, ощупывая челюсть. – Если бы я знал, что у тебя есть права на эту леди, этого бы не случилось.
– Извинения приняты, – сконфуженно улыбнулся Брэдфорд. – Предлагаю считать инцидент исчерпанным. А мне нужно кое-что обсудить с моей будущей женой.
– Она такая маленькая, и ей, должно быть, будет непросто выносить твой крутой нрав, Брэд, – сказал Грант, явно сочувствуя Анджеле. – Надеюсь, ты не обидишь ее из-за того, что произошло?
У Гранта появились большие сомнения, когда их глаза встретились. От необузданной ярости к внезапному спокойствию – такой переход казался не-, естественным. Был ли Брэдфорд в самом деле таким спокойным, как казался? Попрощавшись, Грант с явной неохотой удалился.
Брэдфорд проследил, как его молодой друг вошел в танцевальный зал. В окна и через распахнутые двери он видел, что большая часть гостей уже разъехалась. Отец страшно рассердится на него за то, что он не удосужился с ними попрощаться.
– Подойди ко мне, – скомандовал Брэдфорд, хотя тон его был довольно миролюбивый. Анджела медленно приблизилась к нему.
– Ты остыл? – шепотом спросила она.
– Да.
Она вздохнула, затем покачала головой:
– А вот я сердита. Ты должен мне верить, Брэдфорд! Я не могу жить в постоянном страхе, что, если я взгляну на какого-нибудь мужчину, ты тут же вышибешь из него дух. Ты должен научиться держать себя в узде.
– Я знаю. Ангел, и очень сожалею о случившемся. Для меня все это внове. Никогда раньше я не испытывал такого чувства собственности. Но я никогда из-за этого не сделаю тебе больно. Клянусь в этом!
Анджела расслабилась, почувствовав, что возникшее между ними напряжение уходит. Они вдвоем победят безрассудную, мучительную ревность Брэдфорда. Они должны победить. Она докажет ему, что у него нет никаких оснований для ревности.
