— Доброе утро, мам. — улыбнулась Джаннет и поцеловала Алину в щеку, когда та поставила поднос на рабочий стол и подошла обнять принявшуюся застеливать постель дочь.
— Вот решила побаловать свою крошку завтраком в постель, но ты уже встала.
Ободренная заботой матери, Джаннет подошла к своему столику и вдохнула запах ароматного завтрака.
— Какая прелесть! Спасибо большое! — сцепив руки над головой, Джаннет принялась потягиваться.
— На здоровье! — весело ответила Алина, поправляя края постели, второпях застеленной дочерью. Затем она радостно подошла к бельевому шкафу. — Сегодня у тебя первый рабочий день. Что ты собираешься надеть?
Джаннет смаковала бутерброд с успевшим растаять на теплом хлебе маслом, удобно усевшись на стуле, и что-то невнятно произнесла в ответ.
— Я так поняла, что ты еще не решила. — перевела ее бормотание Алина.
Вместе они выбрали строгое, но легкое платье светло-розового цвета с широким черным поясом. В качестве украшения Джаннет надела свои любимые перламутровые серьги. Пока Алина убирала со стола, Джаннет принялась приводить в порядок волосы. Все это время девушка думала о предстоящей встрече с Саидом, и от одной этой мысли у нее ныло под ложечкой. Она вовсе не обязана была принимать это предложение, но и отказываться от него было бы глупо. В коридорах университета, она часто слышала, как парни, обучающиеся на экономическом факультете говорили, что после окончания учебы собираются отправлять документы именно в этот банк. И вот сейчас этот шанс выпал ей благодаря ее удачному выступлению. Джаннет даже не придется сдавать экзамен. По крайней мере, до тех пор, пока она будет на стажировке. Отказаться она не могла еще и потому, что после того, что вчера наговорила, не хотела показаться трусихой, отступившей перед первым же препятствием. Тем более она не хотела доставлять удовольствие своим страхом этому самодовольному человеку, посмевшему судить о ее знаниях и компетентности, будучи едва знакомым с ней. С другой стороны, как могла быть она уверена, что действительно справится с предстоящей работой, ведь она даже не знала, в чем будет та состоять? Джаннет не имела опыта работы в банковской сфере, хоть и связанного с юридической практикой. Вся ее активность за эти годы сводилась лишь к общественной деятельности. Поэтому девушка вынуждена была себе признаться, что ужасно боится этого нового, взрослого и ответственного этапа в ее жизни. Если, конечно, это предложение о работе, действительно, перерастет в таковое.
Провожая дочь, Алина поцеловала ее и пожелала удачи. Закрыв за Джаннет дверь, она быстро направилась к окну, через которое стала наблюдать, как дочь вышла из подъезда, села в такси и отправилась в новую самостоятельную жизнь. Губы матери шевелились, произнося тихую молитву.
Когда Саид вошел в здание банка, коридор был чист от вчерашних плакатов, и спокойный светлый холл напоминал о начале новой рутинной недели. Вокруг регистрационного стола собралась группка молодых людей, пытавшихся обратить на себя внимание работающей там девушки. Но она слушала их заносчивую болтовню в полуха, провожая восторженным взглядом Саида, который не обратил на нее никакого внимания.
— Мила, а что ты делаешь сегодня после работы? — проведя рукой по щедро покрытым гелем волосам, спросил один из парней.
Он опирался локтями о регистрационный стол, и, казалось, вот-вот опрокинется через него. От этого движения на Милу пахнуло резким одеколоном, и она недовольно сморщила носик.
— У меня дела. — уклончиво отвечала она, пытаясь отогнать назойливого ухажера.
Девушка не сводила взгляда с широкой спины Саида, облаченной в темно-синий пиджак. Этот загадочный человек стал объектом ее преклонения с самой первой секунды, когда Мила увидела его. Казалось, своей дерзкой красотой он бросает вызов всем окружающим.
— А что ты делаешь завтра? — не отставал парень, твердо уверенный в своей неотразимости.
Боковым зрением он заметил, как группка его «конкурентов» отступила назад от регистрационного стола. Мужчины делали вид, что непринужденно беседуют и их вовсе не интересует то, что кто-то смог обратить на себя внимание Милы.
— Я занята всю неделю.
— Ну же, красавица, хоть взгляни на меня.
