У белой форменной сорочки особые рукава и строгий крой, полностью скрывающий ее и без того плоскую грудь. Сверху надевается китель с широкими плечами, отчего силуэт становится очень треугольным и очень мужественным. Порывшись в сумках, Эди находит свои знаки различия и крепит их на толстый воротник. Еще у нее есть усики, почти как у Сим Сим Цяня, – аккуратные крылья ласточки. Она накрепко приклеивает их к верхней губе (не хватало еще, чтобы ее беседа с Опиумным Ханом началась с таких слов: «Командир Банистер, у вас в гаспачо усы») и изучает отражение в зеркале.
Получилось весьма недурно. Из зеркала на нее смотрит бледное суровое лицо молодого мужчины, только-только оставившего позади юность – и, быть может, слишком усердно пытающегося сойти за взрослого, – но определенно не женское. Как любопытно. Эди надевает фуражку и вновь глядится в зеркало. А ведь этот молодой человек в отражении по-своему хорош собой. В нем нет грубой мужской привлекательности, зато подкупают его утонченность и неопытность. Ему определенно нужен такой твердый, опытный и умелый наставник, как Эди. Ее фантазия уже вовсю рисует неожиданные картины.
«Купара» содрогается и издает отрывистый лающий звук, проходя так называемый «термоклин». Эди не знает, что это, но ощущение такое, будто судно подскакивает, как на речных порогах. Всякий раз она невольно вспоминает, что находится глубоко под водой и очень далеко от дома. Нестерпимо хочется согреть кости. Она сидит на глубине ста футов в железной сигаре, битком набитой работающими матросами, – так с какой стати здесь так холодно, черт побери? Хоть обогреватель у Аманды Бейнс проси…
Вообще-то она знает, почему тут холодно. Теплоотвод – серьезная проблема на подводных лодках, а на «Купаре» тем более: она огромная и нашпигована сложным оборудованием, включая шифровальную машину, которая разогревается так, что в Англии девушки-операторы вынуждены были работать на ней в одном (скромном) нижнем белье. Будучи рескианской субмариной, «Купара» оснащена хитрой системой охлаждения. Между внешним и внутренним слоем постоянно циркулирует вода, которая служит и иной, менее очевидной цели: помогает судну маневрировать. Поскольку вода не поддается сжатию, она еще и увеличивает прочность корпуса. Система охлаждения «Купары» – гордость Хранителя, его самое большое достижение. Аманда Бейнс называет ее Сетью Посейдона и едва заметно улыбается, потому что она – капитан единственной в мире подводной лодки с такой системой. Поистине гениальное изобретение.
Именно из-за него в каютах жилого отсека стоит такой холод.
Ни на миг не забывая, какая толща воды сейчас над ними, Эди скидывает с себя форму. Она ступает осторожно и отчего-то боится опираться на стены – не дай бог проткнет бронированную шкуру и потопит лодку. Бред. И все же она не в силах отделаться от этого болезненного страха, выбросить из головы образ трескающейся яичной скорлупы.
Эди закутывается в одеяло и засыпает, отчаянно мечтая о друге, что познается в беде, а вообще-то – о любовнике, что познается в постели.
Джеймс Эдвард (Эди) Банистер с мечом на бедре идет по трапу «Купары». У него на ногах очень черные и очень блестящие сапоги, они уверенно печатают шаг – именно такой должна быть поступь сына Империи, взращенного на спортивных площадках Итона [22]. Пусть школа не сумела ни обучить его древнегреческому с математикой, ни привить ему сострадание, все же она замечательно подготовила к предстоящей службе, наделив чудовищным высокомерием. Куда бы ни шел он, при дворе какой бы заморской страны ни появился, всюду его хранит теплая тень Генриха V и королевы Виктории, всюду ему покровительствует Шекспир – бойтесь, язычники!..
– Шлюпка готова, капитан Банистер, – без намека на юмор рапортует Аманда Бейнс. – Полагаю, вы уже знакомы с этими солдатами?
О да, еще бы. Четверо очень очень не очень хороших учеников госпожи Секуни, кое-как прошедших ее испытания, стоят перед Эди на вытяжку в полном обмундировании.
– Да, капитан, – тихо отвечает Эди.
– Тогда вперед, Джеймс. Удачи!
В длинном бордовом «роллс-ройсе» с серыми кожаными сиденьями ее ждет вежливый водитель по имени Та. Та заверяет пассажира, что поездка пройдет без происшествий. Прячущаяся за усами Джеймса Банистера Эди гадает, о каких происшествиях может идти речь. Она оглядывается на дорогу и успокаивается, заметив машину со своей свитой – небольшим отрядом головорезов из наиболее воинственных графств Англии.
