— Что, ностальгией мучаешься? — подкалывает вставшая рядом Флара.
— Угу, щаз, — фыркаю в ответ. — А хорошо здесь после нас повоевали. От торговой площади почти ничего не осталось. Точнее, от окружающих ее построек.
Демонесса в ответ лишь кивнула, заинтересованно ковыряясь мыском сапожка в груде камней.
— Нашла что-то интересное? — ехидно ее спрашиваю.
— Ага. Смотри… — Заклинание быстро очистило небольшой участок территории, на котором остался лежать скелет.
— Хм… Ты же вроде некромантией не увлекаешься…
— Не в этом случае… Ты что, не узнаешь его? — удивленно обернулась она в мою сторону.
Я внимательнее присмотрелась к скелету и обрывкам одежды на нем. А узнав, не смогла удержаться, чтобы не ахнуть:
— Так это же та жирная сволочь, что нас продавала!
— Точно. Ну, ща я его… — Еще одно заклинание, и вот перед нами уже стоит самый низший уровень нежити.
Окружающие нас бойцы лишь слегка удивленно посмотрели на наши шалости. Но и только. Все-таки кое-какой информацией о том, что нам пришлось пережить, они владеют. Ведь командир никогда не должен быть безликим для своих подчиненных.
— Будешь пинать? — деловито интересуюсь.
— Нет, домой заберу.
Такого я не ожидала. Слегка ошарашено смотрю на демонессу.
— Ну… — смутилась она слегка. — Поставлю вместо вешалки, а в руки дам мишень для метательных ножей…
— Забавный способ релаксации, — послышалось сбоку.
Мы посмотрели на подошедшего мага. Это был Атос.
Парень в последнее время фактически был командиром моего личного отряда быстрого реагирования. Нет, конечно, остальные бойцы также фактически являются моими людьми… Только вот если ими теперь в основном командует Андрей со своими генералами, то эти остались в прямом подчинении лично у меня. Что очень полезно, так как мне неожиданно может прийти в голову очередная бредовая идея, и я полезу ее проверять. И иногда мне нужно достаточно мощное, но компактное сопровождение, готовое в любой момент сорваться с места в указанном направлении. Вот таким-то отрядом и командовал Олег Тросов.
— Что там?
— Ну… менталисты провели считывание верхних слоев памяти… Короче говоря, после того, как вы свалили, тут повоевали как минимум представители пяти планов. По крайней мере, в этом свято уверены аборигены. Удивительно другое — уничтожены были лишь маги и всякие военные группировки. Ну и еще толстосумов грохнули. Странно как-то… Мне казалось, что тут должны были устроить кровавую баню… Короче, это место достаточно стабильно — у местных оказались какие-то аварийные системы, которые стабилизировали весь комплекс и позволили исправить неполадки, вызванные вашим бегством…
Ну, допустим, причину такой избирательной бойни я понимаю — для высших сущностей опасными были лишь местные маги и солдаты. А обыватели… да местные обыватели будут похуже американских — слабаки и размазни, которые ни черта не смыслят в том, как именно работает техника, которой они пользуются.
Да и должны же быть те, кто донесет до других весть об уничтожении Атлантиды как таковой. Да и растянутая на десятилетия смерть в этом городе-стране, где нет возможности пополнить запасы продовольствия, будет похуже иных казней.
— Ясно. Начинайте полномасштабную переброску войск. Территорию нужно в кратчайшие сроки очистить и привести в порядок…
— А что с аборигенами делать?
— Сгоните всех вместе и закиньте в какой-нибудь умеренно агрессивный безлюдный мир, снабдив на прощание всякими мелочами для выживания в стиле Робинзона. Смогут уцелеть — считай, повезло, и у них есть шанс вновь стать людьми, а не быдлом. А ежели нет… Значит, сами виноваты, что Дарвина не читали. Как там? «Выживает лишь сильнейший»? Может, хоть следующие поколения будут лучше, чем их предки.
— Жестоко, — качает головой Атос.
— Я не мать Тереза. Я лишь я. Они имеют право получить шанс на выживание. Но облегчать им жизнь я не собираюсь. Ладно, я к брату — он уже как раз должен был закончить вторую фазу операции. Если найдете что-то интересное, знаете, как связаться. Флара, ты со мной или здесь побудешь?
— Не… Мне интересней, что ты сотворишь с теми шишками.
— Что-что, шишек им наставлю по самое не могу, — буркнула я себе под нос.
Когда тебя будят посреди ночи — это неприятно. Когда тебя будят после бурно проведенной ночи в компании любовницы — это вдвойне неприятно. Но когда тебя будят после бурно проведенной ночи в компании любовницы, а после этого, как котенка за шиворот, тащат в неизвестном направлении — это заставляет сильно задуматься. И еще сильнее испугаться. Особенно если ты президент одной из самых крупных держав мира и у тебя есть доступ к черному чемоданчику с красной кнопкой.
Но это все меркнет перед тем, что предстает твоим глазам после яркой вспышки.
Вот ты лежишь на мягкой кровати, потом тебя хватают и, проволочив по полу, втаскивают в сияющий прямоугольник. И ты ощущаешь, что под тобой песок, а солнечные лучи болезненно режут привыкшие к ночной темноте глаза.
