«Ангельская» работёнка полностью

— Машина окаянная сломалась. Теперь я сижу и жду, пока один знакомый анонимный алкоголик ее починит и вернет обратно.

— Э-э, сестра, — обрел дар речи Банни, — вряд ли он будет заниматься этим ночью.

Сестра Бернадетт внимательно на него посмотрела.

— Он занимается этим, когда я его прошу. Кстати, о неожиданных явлениях: ты что тут забыл, детектив Макгэрри?

— Я, хм… пригласила его на секунду, — ответила за Банни Симона. — Дело в том, что, э-э… Ноэлю пришлось уехать на пару дней.

— Неужели?

— Да, и он… попросил пока пожить у него.

— У него кот, — вставил Банни.

— Да, кот. И я подумала, если вас троих не будет, для чего мне тут сидеть одной и…

— У нас тоже есть кот.

— Конечно, — кивнула Симона, — но Броди очень независимый кот. — Это была правда. Броди появлялся примерно раз в неделю, мочился на что-нибудь и уходил. — В то время как кот Ноэля…

— Тидлс, — вставил Банни.

— Тидлс, — повторила Симона, взглядом дав понять Банни, что дальнейшая помощь не требуется, — чувствует себя одиноко, когда Ноэль уходит. Начинает орать.

— Понятно.

— Так что я пришла взять сумку, а Банни любезно предложил меня подвезти.

— К коту, — вставил Банни.

— В квартиру Ноэля, — продолжила Симона, — где я буду, ну… заботиться о коте.

— Да, — сказала сестра Бернадетт, — вроде все сходится. Молодец.

Она встала и пошла на кухню, бормоча себе под нос:

— За котом она ухаживать собралась… Теперь это так называется? Ну, я даже не знаю, что сказать!

Симона повернулась к Банни, скорчив гримасу.

— О господи, — сказал он.

— Ага, получилось плохо.

— Отвратительно, — согласился Банни. — В смысле, я-то был хорош, а ты ужасная лгунья.

— Серьезно? Тебе кажется, сейчас подходящее время острить?

Банни энергично помотал головой.

— Ни в коем случае!

— Хорошо.

— Как думаешь, Ноэль разрешит тебе поспать на диване?

Она ударила его чуть сильнее, чем намеревалась, но не слабее, чем он заслуживал.

Бен Уильямс взглянул на часы, когда колеса самолета из Антверпена (рейс AI424) соприкоснулись со взлетно-посадочной полосой: 20:37 — точно вовремя!

В правой руке он держал рацию.

— Самолет сел, будьте наготове.

На поясе висела еще одна рация, которую он использовал для связи через наушник с наземным контролем аэропорта.

Бен работал координатором по безопасности. Его компания перемещала грузы на сотни миллионов фунтов в год, и большую часть он просто отслеживал из офиса, но сегодняшний был особенным. Антверпенский рейс прилетал раз в полгода, и за последние семь лет Бен не пропустил ни одного — настолько это было важно. Бен пытался втолковать эту мысль Моред, но жена отказывалась принимать его точку зрения. День ее рождения должен оставаться ее днем рождения — несмотря ни на какие обстоятельства. Бена особенно задевало, что в обратную сторону данное правило не работало: его день рождения всегда был подвижным праздником — как, например, в тот раз, когда ее коллега Карен решила устроить девичник. В результате на прошлой неделе они поругались, и в течение пяти дней с тех пор обстановка в доме Уильямсов напоминала жизнь в Берлине во времена холодной войны. В конце концов он начал думать, что единственным способом вырваться из немилости, в которую он попал, может стать повышение по службе и преподнесение в подарок Моред бриллианта. Ирония этих мыслей не ускользнула от него, пока он наблюдал, как рейс AI424 докатился до конца взлетно-посадочной полосы и точно по расписанию стал поворачивать на выделенную ему дорожку. В трюме самолета лежали необработанные алмазы на шестнадцать миллионов фунтов стерлингов. Дважды в год сырье для всех ювелиров Ирландии доставлялось через Дублинский аэропорт, и задачей Бена было следить, чтобы все проходило гладко.

Система была продумана до мелочей. Один фургон забирал камни из самолета и отвозил в ангар номер 3 — заранее подготовленный и абсолютно чистый. Там уже находились вооруженная охрана и девять приданных ей спецназовцев из полицейского подразделения быстрого реагирования. В ангаре груз алмазов разделялся и развозился тремя бронированными фургонами — каждый с двумя полицейскими машинами сопровождения — в распределительные центры по всей стране. Конечно, это была самая опасная часть операции, особенно в свете недавних событий. Именно поэтому в ангаре номер 3 в настоящее время находилось двенадцать фургонов. Никому, кроме Бена, не будет известно, кто повезет настоящий груз алмазов, а кто — пустые кейсы. Ему очень хотелось, чтобы с такими шансами им повезло. Боссы выразили недовольство дополнительными расходами, но будет хуже, если его обвинят в халатности, если что-то пойдет не так.