— Они говорит, видел вас, где магазин Лина. Только быстро, быстро. Они торопиться. Говорить — очень важно. Про ваш подруга.
Сердце Марионетты екнуло.
— Подругу? Они имя сказали? Миссис Ли Фанг, это очень важно, они назвали имя?
Китаянка сосредоточенно сдвинула брови.
— Подруга. Имя.
— Сильвия? Они называли Сильвию?
Лицо женщины прояснилось.
— Сильвия! Да. Ваш подруга. Быстро.
Девушка уже с грохотом спускалась по ступенькам, не зная, что и подумать. Но тут миссис Ли Фанг снова окликнула ее.
— Мисс!
Марионетта остановилась.
— Да?
Женщина явно огорченно смотрела на нее.
— Вы не говорить ваш папа про меня и эти женщины, нет?
— Нет, конечно, нет.
— И мой муж тоже не говорить?
— Нет, миссис Ли Фанг. И спасибо вам!
Она вбежала в кафе, не зная, что ей делать. Марио мыл посуду и распевал «Я веду себя примерно…». Томмазо наполнял титан чаем. Он обернулся, заметив Марионетту.
— За четвертым столиком просили тосты…
— Извини, папа, мне нужно уйти… — Она попыталась придумать правдоподобную причину, и неожиданно ее озарило. Наклонившись к нему, девушка заговорщически прошептала: — Женские неприятности, ты понимаешь?
Отец смутился и покраснел.
— Конечно, конечно, иди.
Со вздохом облегчения Марионетта выбежала из кафе на улицу и поспешила на Брюер-стрит. В голове бешено крутились самые разные мысли. Неужели Аттилио Моруцци уволил Сильвию? Или что-то похуже?.. Она слегка замедлила шаг, переходя через Руперт-стрит. Верно, около магазина Лино стояли две довольно откровенного вида девицы, вызывая некоторое замешательство среди домохозяек Сохо, зашедших купить макароны. Игнорируя взгляды женщин, многие из которых были ей хорошо знакомы, Марионетта подошла к девицам.
— Я Марионетта, — представилась она. — Я пришла, как только…
Женщина постарше мягко отвела ее в сторону.
— Мы не можем здесь задерживаться, милочка, — начала она. — Хотели лишь сказать, что Сильвия… с ней беда. Она спрашивала тебя, вот мы за тобой и пришли, только твой старик вышвырнул нас.
— Где она?
— Дома. — Та, что помоложе, сжала ярко-красные губы и нервно оглянулась по сторонам. — Пошли, Вайолет, нечего нам здесь болтаться.
И они, торопливо завернув за угол, скрылись в толпе на Грейт-Уиндмилл-стрит. Через секунду, успев дважды вежливо кивнуть двум любопытным итальянкам, Марионетта сообразила, о чем говорили женщины. Сильвия попала в беду! Неважно, что она клялась себе больше не дружить с Сильвией. Сейчас это не имело значения.
Она поспешила в квартал Сент-Джеймс, в тот дом, который итальянцы называли «здание», это было недалеко от магазина. Сильвия жила на первом этаже. Марионетта взбежала по бетонным ступеням, пахнущим побелкой и гнилыми овощами, и быстро направилась по коридору к квартире номер пятьдесят три. Дверь оказалась незапертой, изнутри не доносилось ни звука. Марионетта тихо вошла.
Сильвия спала, свернувшись в клубочек, в бывшей комнате своего отца, которая после его смерти стала ее спальней. Она повернулась лицом к стене, дыхание было громкое и ровное. Марионетта огляделась вокруг, чтобы понять, что с Сильвией, но ничего не обнаружила. Ее подруга попыталась создать в маленькой комнатке некоторый уют, накинув на лампу около кровати пару шифоновых шарфов и повесив на окно новые тюлевые занавески. Но все это лишь подчеркивало убогость жилища. Только сережки на столике да нитка искусственного жемчуга говорили о том, что в очень скромном образе жизни Сильвии произошли небольшие изменения.
Марионетта осторожно приблизилась к кровати.
— Сильвия, — прошептала она, — ты что, плохо себя чувствуешь? Ох! — Девушка вздрогнула. Наклонившись, она увидела лицо подруги, все в ссадинах и синяках, особенно заметных на белой подушке. Один глаз Сильвии слегка приоткрылся. Второй был закрыт, на ресницах запеклась кровь. — Сильвия! Сильвия! Что они с тобой сделали?.. Сильвия попыталась повернуть голову, но лицо ее исказило страдание. Марионетта наклонилась ближе, чтобы обнять подругу, но та закричала от боли. Девушка в ужасе отшатнулась. Вероятно, не только лицо Сильвии было изуродовано. — Я позову врача…
Это предложение вызвало еще один, более отчаянный вскрик.
— Нет, нет, нельзя… Я пообещала…
Марионетту обуревали и жалость, и злость. Лицо Сильвии было обезображено до неузнаваемости. «Тот, кто это сделал, вполне мог убить ее», — неожиданно поняла девушка. Она посмотрела на подругу.
— Это сделал Аттилио Моруцци? — наконец резко спросила Марионетта.
Сильвия попыталась отрицательно покачать головой. Из-под одеяла показалась дрожащая рука (костяшки пальцев сбиты и кровоточат) и потянулась к Марионетте.
— Ба… Ба… — силилась она произнести.
Марионетта поняла.
— Барти? Тебя избил Барти Моруцци?
Сильвия попыталась кивнуть.
— Но за что?
— Хотел, чтобы я… — еле слышно пробормотала Сильвия распухшими губами, — хотел, чтобы я…
— Нет, не продолжай, — мрачно проговорила Марионетта. — Попробую догадаться. Он хотел, чтобы ты спала с ним?
Сильвия отрицательно покачала головой.
— Нет? Тогда почему?.. — Потом сообразила. — Он хотел, чтобы ты говорила «да» клиентам, верно? Сильвия, я угадала?
