Там уже находились Марк, Марина и Лоуренс Джойс.
Макс пропустил Артура вперед.
Коля хотел остаться за дверью.
— Ник, входи, — Макс достал из кармана телефон, включил аудиозапись, сел на свое место.
Марк, Марина и Ларри уже сидели на стульях напротив.
— Ларри, я запишу ваш рассказ для Владимира Михайловича…
Коля сел на стул у самой двери, тоже достал мобильник, включил его:
— А я сделаю запись для Арнольда Ивановича и Сан Саныча…
Макс кивнул:
— Ларри, мы слушаем вас…
Джойс, сидящий между сыном и дочерью, коснулся руки Марины:
— Прохладная, как у Марка, Верочки и Ростислава… По трагическому стечению обстоятельств я был единственным ребенком у Эвелин и Эдди, поэтому после окончания школы они резко высказались против моего желания идти на службу в военно — морской флот. Они настояли на том, чтобы я продолжил семейную традицию — стал юристом…
После окончания Гарварда я вернулся в Майами, стал работать в паре с отцом. Он передал мне часть своих клиентов, находящихся в разных концах света…
Пока я носился по миру, в Майами появилась семья русских эмигрантов Князевых. Вся молодежь была без ума от их очаровательной дочери Веры. Мужчины мечтали заполучить ее в жены, а женская часть завидовала ее успеху у противоположного пола.
Странным образом наши пути с Князевыми не пересеклись в Гарварде. И в Майами мне долго не удавалось познакомиться с чудесной русской девушкой.
На мое счастье Вера Князева обратилась ко мне за юридической помощью по открытию частной школы по изучению русского языка и русской литературы.
Я влюбился в Веру в то самое мгновение, как только увидел ее.
Мы быстро нашли общий язык. Верочка была не только красива, но и великолепно образованна — знала пять европейских языков, превосходно играла на фортепиано, очень хорошо вышивала, создавая на ткани картины из нитей…
Верочка относилась ко мне с душевной теплотой и доброжелательностью, но я чувствовал, что она не любит меня. Тем не менее, я предложил ей стать моей женой.
Вера ответила согласием, но предупредила, что любит русского юношу Володичку Денисова, показала фотографию, где они были сняты вдвоем, а так же рассказала о клятве, данной ими друг другу.
В ответ я подтвердил свое желание быть ее супругом, сказал, что принимаю ее такой, какая она есть и всю жизнь буду относиться с уважением к ее чувству…
Эвелин и Эдди одобрили мой выбор. В своих фамильных драгоценностях Эвелин нашла для Верочки роскошное кольцо нужного размера…
Во время помолвки выяснилось, что Князевы на самом деле потомственные русские аристократы Владимировы — Сокольские, ведущие свой род с древних времен от волхвов, то есть магов, целителей, хранителей неких эзотерических знаний…
Но Князевы не могли подтвердить свое аристократическое происхождение, так как подтверждающие документы были спрятаны еще отцом Ростислава от НКВД, охотящегося на волхвов…
Итак, мы поженились, построили дом на берегу океана, потому что я продолжал мечтать о морских путешествиях.
Эвелин подарила Верочке «Стэнвэй», а мне обещала к рождению детей подарить яхту…
Дети у нас появились только через три года — зато сразу двое — то есть вы. Марк и Марина…
Все были счастливы, даже Верочка.
Эвелин выполнила свое обещание, подарила мне роскошную яхту.
Вам было около полугода, когда я предложил Верочке отправиться в морское путешествие.
Вера согласилась, хотя лучше бы она сказала «нет»… Но, как мне кажется, в ней жила несбыточная надежда — увидеть Володичку на мимо проплывающем русско — советском корабле — ведь он связал всю свою жизнь с морями и океанами…
Яхта была оснащена по последнему слову техники, имела хорошую скорость и автопилот, но я, наравне с нанятым на время путешествия матросом Луи, с удовольствием стоял четырехчасовые вахты…
Через Мексиканский залив, Карибское море, Панамский канал, мимо Эквадора, мы довольно быстро дошли до нейтральных вод Перу…
В тот вечер ничто не предвещало трагедии. Прогноз был самый благоприятный. Я сдал вахту Луи и, как всегда, стал помогать Верочке укладывать вас спать…
Вообще — то, вы всегда были очень спокойными младенцами, но в тот раз капризничали, плакали, не хотели засыпать. Вера сказала, что это плохой знак.
Чтобы вы не плакали хором, я взял Мариночку на руки и ушел в каюту Луи. Вскоре ты перестала плакать и уснула. Но Марк продолжал безутешно рыдать, поэтому я оставил тебя в каюте матроса, а сам вернулся к Верочке и Марку…
Несколько минут я безуспешно пытался успокоить Марка. Шторм начался так внезапно, как будто его включила какая — то фантастическая сила. Яхту, словно перышко, бросало с волны на волну. Но Верочке удалось пристегнуть Марка к койке страховочным ремнем. Она накрыла его своим телом и крепко держалась за поручень, а я попытался вернуться в кормовую часть за тобой, Мариночка, но очередная волна, бросавшаяся на яхту, отшвыривала меня от двери каюты. Я рычал от бессилия, но утешало то, что я пристегнул тебя, Мариночка ремнями безопасности…
