— Я устала, Юкумба. Устала от борьбы, от того, что разные подонки отравляют мою жизнь, обессмысливая ее. Мои силы кончились, и теперь я лишь хочу побыть одна….
Она не увидела полного боли взгляда ангела-хранителя, едва услышала его слова, источающие горечь:
— Значит, я не могу помочь тебе. А, раз так, ты не можешь больше находиться здесь.
Тут же вид луга, облик Юкумбы – все потонуло во мраке. И она погрузилась в тяжелый сон, что совсем не помогал.
День.
Проснувшись наутро, Юля не хотела вставать, и упорно делала вид, что спит, до самого завтрака, лежа лицом к стене.
— Идем в столовую, Юля,— произнесла Даша увещевающе,— я ведь знаю, что ты не спишь. Тебе нужно поесть.
— Я не хочу есть,— откликнулась Юля равнодушно, лежа неподвижно,— оставь меня в покое.
— Зря ты так, Юля,— осуждающе сказала Лена,— тех, кто испортил твои игрушки, найдут, вот увидишь, а ты сошьешь новые, закончишь мишку…. Если не будешь лежать вот так.
— Оставьте меня все,— отозвалась Юля с глухой злобой в голосе,— вы не переживали то, что выпало мне, и не можете рассуждать о том, что мне нужно, а что нет.
Лена промолчала, видимо, осознав, что слова не подействуют. Вместе с Дашей и Ксюшей вышла из комнаты, закрыв дверь за собой…. А Юля продолжала так же апатично смотреть в стену, не ощущая течения времени и в душе никаких чувств …
В какой-то момент дверь открылась, и вошли девочки. И Юля с легким удивлением услышала голос вожатой, что звучал мягко и заботливо:
— Неужели ты думаешь, что действительно нужно опускать руки только потому, что неизвестные испортили твои игрушки? Они рассчитывали именно на это, но если ты покажешь, что сильна, будешь бороться и продолжишь жить обычной жизнью с улыбкой на лице, это поможет тебе найти своих врагов и уязвить их. Поверь мне, так и будет.
Слова вожатой удивили Юлю – она повернулась к ней и девочкам, увидела Артема, сочувственно глядевшего на нее….
— Если будешь лежать здесь и дальше, лучше точно не станет,— продолжила вожатая,— погуляй, подыши свежим воздухом….
Юля согласно кивнула.
— Спасибо за помощь,— поблагодарила она вожатую,— я так и сделаю.
— Тогда я с тобой пойду,— произнес Артем,— попробую растормошить.
Юля вновь кивнула и вместе с Артемом вышла из отряда, направившись по дорожке вперед.
— Куда хочешь пойти?— спросил у нее Артем мягко.
— Не знаю. Давай к стадиону.
Они немного изменили курс и через десять минут неторопливым шагом дошли до стадиона. Юля присела на те самые качели, на которых с Артемом чуть не сделала солнышко, обвила цепи руками…. И ощутила, как ласковые руки Артема обвивают ее талию.
— Что мне сделать, чтобы ты вновь стала прежней?— прошептал он,— сейчас ты смотришь так безучастно, что мне страшно становится.
— Ты мне на этот раз не поможешь,— сказала Юля,— если бы мама была здесь, я пришла бы в норму. Я так соскучилась по ней…
— Давай позвоним ей от вожатой,— тут же предложил Артем,— она приедет, и все станет как раньше.
Поколебавшись, Юля согласно кивнула. Но осталась сидеть, когда Артем протянул ей руку.
— Что такое?— нахмурился он,— ты же сама сказала…
— Иди один. Я не хочу сейчас никого видеть. Лучше уж здесь, в одиночестве, посижу.
— Я не оставлю тебя,— заявил Артем твердо,— вдруг что-то случится…
— Я буду здесь,— произнесла Юля,— дождусь тебя. Если хочешь, можешь попросить девочек, чтобы они со мной посидели.
Поколебавшись, Артем кивнул.
— Хорошо, попрошу. Ты только будь здесь, ладно?
Юля кивнула. И, едва Артем скрылся за деревьями, окружающими стадион, ушла в воспоминания. Сейчас ей вспомнилось, как день назад они ходили на вечёрку, и, сидя у костра, рассказывали всякие байки и легенды, страшные истории.
Одна легенда Юлю заинтересовала больше всего – ее рассказывала Лена:
— Задолго до основания лагеря, лет 100 назад, в этом лесу жил лесник. От его домика до ближайшей деревни было километра три – это расстояние были вынуждены преодолевать жители деревни, когда им нужна была помощь лесника в поиске пропавших в лесу односельчан, и лучших мест сбора грибов и ловле животных. И зачастую лесника подолгу не было в домике – около месяца, словно он уходил далеко на охоту. Открыто у лесника спросить, так ли это, или есть другая причина, жители деревни страшились – его вид, нелюдимый и суровый, вселял в сердце любого легкий страх.
