— Ну раз почти все поднялись, — тихо сказал, оторвавшись от компьютера, Эльгард, — то не сможете ли вы, любезный Некрон, объяснить свое поведение на кладбище. За то, что вы спасли нашего действующего агента, вам, конечно, спасибо…
— Стажера, — поправила эльфа Дашка.
— Нет, действующего агента. Приказ уже подписан. Даже два приказа. Один выговор с занесением в личное дело за безответственное отношение к работе, а второй — о присвоении звания младшего лейтенанта ФСБ действующему агенту Валентину Сергеевичу Святых.
Все члены теперь уже полного крыла начали кусать губы, стараясь сдержать смех. Все прекрасно понимали: кто был автором первого приказа, а кто — второго.
— Так вот, Некрон…
Некрон вытащил свой напильник и начал затачивать ногти.
— Дашенька, лапочка, там в холодильнике пакетик с замороженной кровью. Поставь в микроволновку на тридцать секунд, а то я проголодался. Только обязательно на тридцать секунд, не меньше. Я люблю тепленькую.
— Твою мать, Некрон! — взорвался Эльгард. — Ну надо же когда-нибудь быть серьезным. Ты на моих глазах чуть не выпил человека!
— Кушать очень хочется, — вздохнул вампир.
— И это твой ответ?
— Ну да. Так что насчет холодильника, Дашенька?
— Тьфу!
— Да тише вы, — зашипела на них Дашка. — Стаже… в смысле, Вальку разбудите.
— А он уже не спит, — успокоил ее вампир, — лежит, глазами хлопает и нас подслушивает.
— Ну кто тебя просил. Некрон, — послышался из спальни бодрый голос Валентина. — Пока я сплю, они бы, может, еще пару приказов соорудили. Глядишь, к обеду капитаном стал бы.
— И все-таки я его уволю, — страдальчески вздохнул Стас. — Весь отдел из-за него на ушах стоит, а он и в ус не дует — о капитанских погонах рассуждает.
Валентин вышел в гостевую комнату уже одетый. Он действительно был весь розовый и в мелких желтеньких кудряшках, которые сияли на его голове в лучах утреннего солнца, падающего на новоиспеченного действующего агента из окна.
— И снизошел до нас Святой Валентин! — расплылся Знахарь.
— Ей-богу, натуральный Херувим, — умилился Колдун.
— Нет, — отрицательно мотнул головой Полковник. — Купидон. Лук с золотыми стрелами в руки — и палить во всех подряд.
— Если палить, то лучше пистолет с золотыми патронами, — возразил Валентин, плюхаясь на диван рядом с Дашкой. — Современные купидоны должны ходить с современным оружием. Вы мне его только дайте, и я вас всех перестреляю! И возлюбите вы меня…
— Вот трепло! Новое звание ударило в голову? Ну и агент, — вздохнул Стас. — А ведь такого и на улицу не выпустишь. Все сразу пялиться начнут, и табун женщин вокруг организуется. Как закончим с этой гадостью, — кивнул начальник отдела на артефакт, — сразу в солярий — возвращать естественный цвет лица. Понял?
Юноша энергично закивал.
— Ну раз понял, то можно начинать совещание. Поступили последние данные по ночному происшествию. Данных немного. С сатанистами пока возятся психологи, но и так ясно, что с ними работали втемную. А вот с их предводителем сложнее. На правом предплечье трупа обнаружена очень неприятная татуировка, которая нам о многом говорит. Извольте ознакомиться.
Станислав вызвал на экран картинку. Татуировка представляла собой охваченный пламенем крест с распятым на нем человеком. Валентин невольно передернулся. Несколько часов назад он точно так же извивался, корчась от боли на горящем кресте.
— Неужели инквизиция? — ахнул Колдун.
— Она самая, — подтвердил Стас.
— Ну и дела-а-а… — покрутил головой Полковник. — Я считал, с ними давно покончено.
— Как видишь, нет, — устало вздохнул начальник отдела.
— Извините, я не понял, — нахмурился Валентин. — Насколько мне известно, инквизиция — это воинствующий католический монашеский орден, который устраивал охоту на ведьм где-то в Средние века. Римскому папе за ее деяния недавно извиняться пришлось.