Молния во время ночной грозы попадает в подземную реку, заполненную по стечению обстоятельств газом из поврежденной трубы. Городок и его окрестности взлетают на воздух и, для всех перестают существовать. Для всех, кроме самих жителей. Странная завеса ограждает их от остального мира. Жители пытаются найти выход, но каждая попытка укрепляет их в мысли, что это невозможно. Выживание города теперь зависит только от них. Понимая безвыходность ситуации, часть населения с оружием захватила торговый центр вместе со складом продуктов. Ко всему прочему население начинает замечать странные события, происходящие на территории города. Воскрешение недавно усопших, отсутствие ветра, затруднения при дыхании, странные существа с частично искаженными человеческими телами появляются в разных местах городка. Появляются люди, которые тут не были раньше и открывают некоторым жителям тайну их поселения. Совместно с ними горожане пытаются вернуть все назад.Содержит нецензурную брань.
Камеры замерцали и, плохое, изображение стало вовсе неразборчивым. Стучать по монитору было бесполезно, хотя желание подсознательно появилось, – сила привычки, оставшейся с детства. Старому телевизору «Аврора», что стоял у Айно в комнате, это когда-то помогало, но, то дремучий ламповый телевизор, а не компьютерный монитор на 17 дюймов от ViewSonic. Новая эра наступила. И ничего, что с таким опозданием.
«Как только Смирнову удалось уговорить отдать один из лучших школьных персональных компьютеров и самый большой монитор для нужд школьной радиорубки?» – подумал Айно. Он знал ответ на этот вопрос, и все же не переставал восхищаться своим напарником по работе и другом. Смирнов Вадим и Айно Степанов, учащиеся десятого класса каждый вечер с шести до девяти находились здесь, на радиоточке и вещали новости для жителей «Стародворского», сдобренные музыкальными композициями, эксклюзивным юмором и историческими фактами. А днем на переменах школьные новости и популярные, одобренные завучем по воспитательной работе Шушенко Аллой Леонидовной песни. Алла Леонидовна была непреклонна в своих взглядах и никаких «Evanecense» или «Linkin Park» не пропускала, но среди классических музыкальных произведений, наряду с Аллой Борисовной и Софией Михайловной иногда удавалось вставить «Воспоминания о былой любви» и «Забытые ботинки» любимой группы Айно в минусовке. Некоторые одноклассники были благодарны, вопросов он учителей не следовало.
Компьютером в радиорубке начали пользоваться только с сентября, а до этого использовали кассетно-дисковый магнитофон. Айно, вспоминая то время, иногда грустил. Зацарапанные диски и затертые кассеты, неопытность их, как дикторов, не раз становились причиной возможного закрытия радиоточки. Но Смирнову всегда удавалось убедить дать им еще один шанс. Как всегда последний.
В мае прошлого года в школу поставили партию системных блоков и только два монитора. Остальные блоки предполагалось подключать к уже имеющимся, и так как обещанный учитель информатики, на которого рассчитывала администрация школы не появился, то кроме Смирнова никто в технике, как выяснилось, не разбирался. Таким образом, установили один новый системный блок с новым монитором в кабинет директора, а второй в радиорубку.
Сквозь рябь на мониторе начали проявляться более – менее понятные изображения. Понятные, скорее только Айно и Смирнову. Только они наблюдали их на мониторе и привыкли к тому, что на каком месте находится. Теперь, скорее всего, придется выдать их секрет Савченко. Маша ТОЛЬКО неделю работала у них диктором. Она вместе с Айно вела новости. Ее привел Вадим для «проб» и предложил включить в команду. Она ему явно нравилась, а работа диктора была лишь предлогом. Айно не стал противиться. Маша была ему также симпатична, да и сама идея разбавить новости женским голосом показалась грамотной с профессиональной точки зрения. Она, пока, не прошла проверку на хранение секретов, поэтому о просмотре камер не знала. Секрет оставался не раскрытым.
Картинки стали почти наилучшими по возможному качеству и Айно увидел вид с камер отелей «Кондор», дорогу вдоль торгового центра «Криста» и его полупустые коридоры, площадь перед сельсоветом и у пристани, а так же уборщика, что подметал пол перед алтарем в храме «Семи икон». Все на своих местах. Почему-то камера передающая изображение перед баром «Мертвый бобр» не работала. Но это было не первый раз, и наблюдатели привыкли к проблемам, связанным с ней.
Голова Айно резко дернулась вниз, но тут – же вернулась в исходное положение, глаза открылись. Он почти заснул. Пора было идти домой и по дороге помечтать о Савченко. Он уже понял, что эта девчонка ему больше чем не безразлична. Возрастные желания рвались наружу, но его природная скромность или боязнь противоположного пола мешали их выражению.
На камере слежения с крыши торгового центра, с которой была видна трасса, показалось движение. Не те редкие автомобили, что в это темное время пролетали мимо, а совершенно другое. Трасса на всем протяжении городка была ярко освещена, но во мраке за ней двигались белые пятна. Быстро приближаясь, они выскочили под яркий свет фонарей трассы, но камера снова покрылась рябью и, Айно не удалось их рассмотреть. Увидеть получилось настолько, насколько позволил свет и качество изображения. Наиболее точным описанием, которое попробовал себе их представить Айно, были вампиры.
