Но разве возраст — помеха для любви? Карина понимала своего Бога с полуслова, с полувзгляда, дышала с ним в унисон. Она была счастлива от каждого прикосновения, вызывающего дрожь по всему телу. Карину не беспокоило, что происходит в окружающем мире. Влюбленной душе казалось, что они одни в своем раю, а вокруг нет ни людей, ни суеты, ни горя и бед.
Ей было все равно, кто и что думает. Даже если люди догадывались о ее любви, даже если смотрели осуждающе и плели за спиной интриги, что с того, если она счастлива?
Она не знала, сколько отведено их счастью. Сегодня — поцелуи, объятия, встречи под луной — на закате или на рассвете, под кронами деревьев. Когда Богу удавалось сбежать от социальных обязательств, они проводили ночи под звездами, и будущее их не волновало.
Так и прошло их счастливое лето, словно за ширмой от реального мира. Карина не осознавала, что всему этому может прийти конец.
= = =
Троллейбус привез ее в нужное место в нужный час. Обычно утром в будний день Карина была на работе. Работала она в Центре Культуры города Могилева, занимая должность солистки эстрадного коллектива. Однако лето любви сводило с ума, и Карина все меньше отдавалась труду, хотя и мечтала стать известным музыкантом и гастролировать по миру. Но Бог сказал, что нужно встретиться именно сейчас, и Карина проигнорировала работу, даже не предупредив начальство.
Позвонить было неоткуда: стационарный телефон имелся лишь на вахте общежития, минуты на телефонной карточке закончились, а до зарплаты еще нужно дожить. Да и врать у Карины получалось плохо — не озвучивать же настоящую причину опоздания. Дел было немного, сезон отпусков только заканчивался, и оставалось лишь перебирать бумажки да наигрывать на фортепьяно любимую «Лунную сонату» Бетховена. Поэтому Карина решила не предупреждать, а потом как-нибудь вывернуться.
Карина привыкла подставлять другую щеку и выслушивать критику. Много раз она, потупив глаза, оправдывалась перед начальницей, суровой 35-летней женщиной, выглядевшей намного старше. Она обещала, что так больше не повторится, но всё повторялось, и не раз. Кто бы мог подумать, что бывшая прилежная отличница будет прогуливать работу? Благо, ее Бог имел влияние на руководство заведения, и от этого Карина еще больше им восхищалась, чувствуя себя защищённой. Ей казалось, что он всемогущ. Сколько юных, прелестных созданий бегало вокруг, и Карина знала, что многие девушки тайно вздыхают о нем. А уж зрелые женщины и вовсе не имели шансов, им было позволено лишь касаться его руки. Нежной, бархатной, очень красивой руки.
Бог никому не давал повода надеяться на его любовь, лишь слегка флиртуя с дамами и уверяя, что всем нужно уделить чуточку внимания. А на комплименты он был щедр, с легкостью раздаривая божественную энергию и наполняясь в ответ благодарностью своих подопечных. Потому он и слыл обаятельным, харизматичным человеком. Его любил женский пол, а мужской в большинстве своем завидовал и ненавидел.
Прогуливая часы работы, Карина понимала, что Бог учит ее врать. Понимала, что это неправильно, но сердце… говорило иначе. Потому она делала так, как велело сердце. Сердце, не разум…
Направляясь в их тайное место за изгородью высоких деревьев, разливающееся трелями птиц и благоухающее ароматом поздних летних цветов, Карина почувствовала, как её сердце учащенно забилось. Она увидела силуэт любимого, который стоял, повернувшись к ней спиной, и как будто что- то серьезно обдумывал. За несколько лет отношений, а особенно за прошедшее лето, наполненное ежедневными встречами, Карина научилась читать мысли своего Бога на расстоянии, понимать его настроение по виду расправленных или опущенных плеч.
Сейчас он был в гладко выглаженной легкой рубашке, в брюках с четкими стрелками. Услышав шорох за спиной, мужчина обернулся.
Карина слегка улыбнулась, желая поскорее упасть в объятия и вдыхать аромат его тела, которое всегда пахло свежестью, чистотой и спокойствием. Она протянула руки, чтобы обняться. Однако Бог отстранился, сделав шаг назад, и посмотрел на неё серыми, неожиданно холодными глазами. Пытаясь угадать, что же произошло с любимым всего за одну ночь, Карина всматривалась в каждую его прекрасную морщинку, но не могла уловить ничего, кроме тревоги.
— Привет, счастье мое! Что произошло? Почему ты не хочешь меня обнять? Я соскучилась.
— Привет, — ответил Бог, — у меня всего полчаса, нам нужно поговорить.
Карина не привыкла, когда рубят с плеча, и не была готова к серьезному разговору, хотя разлуки случались и раньше, но невидимые нити любви и полыхающая страсть сводила их вновь и вновь. Однако к тем расставаниям Карина подводила сама, потому они происходили не так болезненно. Но это лето создало иллюзию бессмертности их отношений.
— Что-то случилось? Ты здоров? На работе проблемы? В семье?
— Не гадай. Просто постарайся меня услышать.
