– Ага, Мексика, мы с женой суем спиногрызов в трейлер и отчаливаем – проехали аж до самой Центральной Америки – Спали и ели прямо в трейлере – Жена за меня по-испански разговаривала – Я текилу попивал в барах то там то тут – Хорошее образование для детишек – Вернулись только на прошлой неделе по Монтане поездили немного доехали до Восточного Техаса и обратно. – И могу себе представить каких-нибудь бандитов что попробовали бы на него наехать, в нем 230 фунтов гордой кости и мускулов – что он мог бы натворить разводным ключом или ломиком ох как не хотел бы я рисовать такую картину даже соусом для спагетти, как какой-нибудь Ороско[38] – Он везет меня в Эверетт и высаживает под жарким поздним солнцем на угрюмом местном полу-Бродвее с неожиданно мрачной пожарной каланчой из красного кирпича и часами и я чувствую себя ужасно – вибрации в Эверетте низки – Сердитые рабочие текут мимо в машинах воняющих выхлопами – Никто не соизволяет взглянуть на меня без презрительной ухмылки – Это ужасно, это ад – Я начинаю осознавать что мне следует вернуться в свою горную хижину в холодной лунной ночи. (Эвереттская бойня!)
Но нет! Парад приключений марширует Кармой – Я в этом по уши до конца, мертвый – Придется чистить зубы и тратить деньги до концов времени, по меньшей мере до того дня когда стану последней старухой на земле глодающей последнюю кость в окончательной пещере и я перхаю свою последнюю молитву в последнюю ночь прежде чем больше уже не проснусь – Затем начну торговаться с ангелами в раю но с такой особой астральной скоростью и экстазом поэтому может мы будем и вовсе не против, наверное – Но О Эверетт! Высокие трубы лесопилен, и дальние мосты, и жаркая безнадега в мостовой —
В отчаянье прождав полчаса захожу в столовку и заказываю гамбургер и молочный коктейль – ибо на автостопе я позволяю своему бюджету на питание возрасти – Девушка в столовке столь нарочито холодна что я еще глубже впадаю в отчаяние, она хорошо сложена и аккуратна но тускла и у нее бесчувственные голубые глаза а на самом деле она вся заинтересована каким-то парнем средних лет который как раз в этот миг отваливает оттуда в Лас-Вегас играть, его машина стоит снаружи, и когда он уходит она кричит ему вслед
– Покатай меня на своей машине как-нибудь, – а он так уверен в себе что меня это изумляет и бесит,
– О я подумаю, – или что-то в том же заносчивом роде, и я смотрю на него и у него короткая стрижка и очки и подонок на вид – Он садится в машину и уезжает в свой Лас-Вегас через это всё – Мне кусок едва в горло лезет – Плачу по счету и спешу оттуда подальше – Перехожу через дорогу с полной выкладкой – уф, ой – Я наконец добрался до дна (горы).
Стою на солнцепеке и не замечаю футбольной баталии происходящей у меня за спиной к западу в ярком сиянии солнца, пока моряк который тоже едет стопом не проходит мимо и не говорит
– Семафорь хип-хип, – и я смотрю и вижу его и одновременно как играют мальчишки и тут как раз одновременно останавливается машина с заинтересованной личностью за рулем, и я бегу сесть туда, кидая последний взгляд на футбольную игру где как раз какой-то пацан проводит мяч сквозь полузащиту и его гасят —
Я прыгаю в машину и вижу что в ней какой-то тип вроде тайного педика, что означает он все равно добродушный, поэтому я молвлю словечко за моряка:
– Он тоже едет стопом, – и мы и его подбираем, и троица на переднем сиденье закуривает и едет в Сиэтл, все очень запросто.
Бессвязный треп о службе на флоте – как тягостно,
– Меня расквартировали в Бремертон и я бывало выходил по субботам вечером но стало гораздо лучше когда меня перевели в… – и тут я закрываю глаза – После проявления кое-какого интереса к той школе где учился водитель, Вашингтонский Универ, он предлагает выбросить меня в самом студгородке, я сам подымаю эту тему, поэтому мы высаживаем моряка по дороге (апатичный мореман ему на все плевать едет стопом с нижним бельем своей девчонки в бумажном пакете а я думал в нем полно персиков, но моряк показывает мне шелковую комбинашку лежащую сверху) —
Со студгородком Университета штата Вашингтон все в порядке и он довольно-таки Вечен с большими новыми общежитиями в миллион окон и долгими поздними пешеходными дорожками уводящими прочь от бешенств уличного движения и О весь этот колледж включенный-в-город, он для меня как китаец, я не умею его вычислить, мой мешок все равно слишком тяжел, я сажусь на первый попавшийся автобус до центра Сиэтла и вскоре пока мы пролетаем мимо старых полосок морской воды с древними шаландами, и красное солнце тонет за мачтами и односкатными крышами, так-то лучше, я понимаю, это старый Сиэтл тумана, старый Сиэтл Город под покровом, старый Сиэтл про который я читал пацаном в фантомных детективных книжонках и про который читал в Синих Книгах Для Мужчин[39] все про старину когда сотня человек вламывалась в погреб к бальзамировщику и выпивала бальзамирующую жидкость и все умирали, и когда всех напаивали и вербовали таким образом на суда в Китай, и про грязевые низины – Хибарки с чайками.
