– возможность любви в клазельных покоях моего сердца но не снаружи сердца в реальной жизни, видишь, передо мной мелькнула любовная жизнь которая была у Достоевского в его глубокой темнице света, она всколыхнула во мне слезы тронула мне сердце и оно расширилось все блаженное, видишь, потом у Достоевского был его сон, видишь он кладет в ящик револьвер после того как просыпается, собирается застрелиться, БАМ! – хлопает ладонями, – и почувствовал желание любить и проповедовать еще острее – да
Потом он хватает меня
– Джек спи читай пиши болтай гуляй ебись и смотри и снова спи – Он искренне мне советует и окидывает меня встревоженным взором, – Джек тебе следует больше трахаться, мы должны уложить тебя в постель
– Мы едем к Соне, – влезает Ирвин который с восторгом прислушивался —
– Все разденемся и займемся – Давай Джек давай тоже!
– Что это он
И Рафаэль по-доброму пихает Саймона а тот просто стоит как мальчишка оглаживая свою короткую стрижку и невинно так нам помаргивая,
– Это правда
Саймон хочет быть «совершенным как Коди», он говорит, как водитель, «говоритель», – он обожает Коди – Хорошо видно, почему Мэл-Именователь назвал его Русским Психом – Но и он всегда совершает невинные опасные штуки, вроде подбежать вдруг к совершенно незнакомому человеку (хмурому Ирвину Минко) и поцеловать его в щеку от избытка чувств: «Эй здоро́во», а Минко ответил