Я открою вам одну тайну: Бог насаждает росток любви к непрестанной молитве в сердце каждого человека. Молитва, то есть богообщение, – это естественное состояние человека. Но это состояние утрачено большинством из нас, и на место молитвы-богообщения у нас поставлено постоянное бесообщение, либо суетное и праздное размышление о тленных земных делах. А сердце, тем не менее, хранит память о Боге и тоску об утраченном богообщении и стремится к молитве. Это стремление иногда находит кажущийся ответ в неправославной мистике, но это еще не истинное богообщение. Наоборот, неправославная мистика часто ведет человека к прелести. Только Православие сохранило веру Христову во всей чистоте. И важнейшая часть этой веры – учение о непрестанной покаянной молитве. Это учение пришло к нам от Самого Господа Иисуса Христа и святых апостолов. Цепочка традиции тянется от старца к ученику, от древности до наших дней. Я – грешный человек, но искренне скажу вам, отцы и братья, благодарите Господа, что он вывел нас из мирской суеты и привел сюда, чтобы мы в трудах и скорбях, но и в радостях духовных, взращивали в себе росток молитвы.
Отец Салафиил остановился и потом кротко, словно действительно виноватый, сказал:
– Простите меня, пожалуйста, за многословие… Теперь, если хотите спросить, спрашивайте.
Монах Давид задал заранее приготовленный вопрос:
– У меня вопрос по молитве Иисусовой. Я все-таки не совсем понимаю. Отцы пишут, что для чистой молитвы нужно сойти умом из головы в сердце, потому что в голове дуют ветры разных помыслов. А как сойти-то?
Старец улыбнулся:
– Видишь ли, аввочка, своим усилием войти в сердце не получится. Ты можешь молитвой крутиться вокруг сердца, а внутрь не попадешь. Это дар Божий. А если все же внутрь сердца самочинно попадешь, то это будет подобно толпе, вламывающейся в грязных сапогах в дом через взломанные двери. Так нельзя. Поэтому хотя святые отцы и говорят, что уму хорошо бы сойти в сердце, но не насильно. При молитве мы должны сосредоточивать внимание не в голове, а устремлять его по направлению к сердцу. Как бы глазами смотреть сверху вниз на свое сердце и сосредоточивать внимание сверху сердца, но не ниже. Когда Богу будет угодно, ум сам сойдет в сердце. Здесь тайна. А если вдруг почувствуем, что при молитве тепло или разжжение или приятность поднимается из-под чрева или из чрева и направляется вверх к сердцу, немедленно нужно остановить молитву и прийти в себя. Потому что эта теплота – плотская и ее часто вызывают демоны, либо она естественно возгорается, и проникновение этой энергии в сердце может привести к прелести, ложным видениям и полной бесовской одержимости. На этой плотской энергии, кстати говоря, держится вся восточная медитация. Причем там специально добиваются выхода плотской энергии из-под чрева и потом загоняют ее в сердце и голову, чем отравляют душу и сознание человека. А изображается эта энергия в виде змея, поднимающегося из-под чрева вверх по человеку. Нам-то ясно, о каком змее идет речь… Это еще одно свидетельство того, что восточная медитация ничего общего не имеет с православным молитвенным деланием. Они прямо противоположны: первое обращено к сатане, а второе к Богу. Вообще всем искателям духовной жизни нельзя забывать, что поскольку существуют сатана и его демоны, то далеко не все, приходящее к нам под видом благодати, откровения и добра, исходит от Бога. Извращенная истина, отравленная молитва и всякая полуправда – намного опаснее, чем явная ложь.
– Отец Салафиил, – слабым голосом обратился к старцу монах Иоанн, – ты про обо́жение упомянул. Об этом встречается у некоторых отцов и современных богословов, но как-то не совсем ясно… А в миру об этом, по-моему, вообще никто не знает, или не говорят.
