На вечернем совете военачальники решили, что на следующий день они дойдут до реки Плим, и встанут лагерем на отдых, чтобы утром следующего дня ударить по Плимуту, в котором засели атланты. О судьбе города, о самих атлантах, об их вооружении и укреплении никто ничего не мог сказать. Из рассказов пострадавших все поняли, что атланты вооружены короткими мечами, закованы в темные доспехи и носят одежду красного цвета. Они вооружены арбалетами и разбрасываются маленькими сосудами с порохом и кусочками железного лома – сосуды взрываются и осколки могут хорошо изранить неосторожного воина. Это не пугало рыцарей, доспехи хорошо защищали от стрел и даже арбалетных болтов – главное не допустить противника близко, нанести ему самому быстрый, решительный удар рыцарской конницей. Англичане хорошо знали, каково оно – попасть под град стрел – не раз так наказывали гордых и глупых французов, не желающих учиться на своих ошибках. Лучники Англии позволили Генриху пятому с достоинством уйти с поля Азенкура, хотя тогда битва могла закончиться полным разгромом англичан. Смелость и удача не подвели молодого короля, хоть ему и пришлось заключить очередное кратковременное перемирие с давними врагами, чтобы королевство хорошо подготовилось к новому походу, чтобы побороться за корону Франции.
Два дня, выставив надежные заставы и тщательно отслеживая округу, легионеры копали траншеи, маскировали их, помогали минерам размещать минные полянки, о полях и речи не было, ни к чему это, хватит отсечь несколько сотен метров и довольно с них будет, с мерзких, наглых рабовладельцев. Вечером все отдыхали, дорвавшись до шоколада и горячей еды, которую уже привозили из Плима в передвижной легионерской кухне. Негромко раздавались слова странной, но приятной на слух песни:
Легат Зубриков горлопанил какую-то новую, неизвестную всем песню на древнем атлантском языке. Легионеры не понимали слов, но им нравилась мелодия, звучание слов и бодрое настроение своего легата. Их радость не разделял легат Аматов, который прервал друга:
– Зуб, не погань ты хорошую песню, вечно ты слова передергиваешь. Чики-пукник безмозглый.
– Вот взбрело в голову, – рассмеялся в ответ Зубриков. – Дрянь эта война. Если случайно положим еще больше мальчишек – боюсь сорваться. Я их зубами грызть не буду, Ринат. Я у тебя точно весь запас мин изведу, но сровняю их поганый Лондон с землей. Пускай из Йорка носы задирают. Я не такой ловкий, как ты, но я не торопясь, с краешков его изгрызу.
– Война в тягость больному человеку, для здорового она облегчение, – рассмеялся Ринат. – Война подобна дефекации! Хочешь облегчиться – не мучайся, не тяготись, сделай дело и гуляй с миром смело. Ребят жалко. Но, ты сам знаешь, все были случайные смерти – от стрел – бывает.
За первые двенадцать дней войны легаты потеряли семь легионеров. Четверо на всю жизнь останутся калеками. И пострадавшие надолго останутся в Корнуолле. Не дело светить увечья перед детьми и подростками. Здесь и сейчас каждый легионер на счету: все получат работу – власть, как и война, она тоже, нажитого опыта требует.
– Слушайте, я вот все думаю: откуда у Плантагенетов реликвии? Много о себе возомнила эта анжуйская морда, – усмехнулся стоявший рядом Костик. – Ты Леха путаешь реликвии и регалии. Реликвии это священное – Эдуард Исповедник, например, был такой король, вот он уже канонизирован, его шмотки можно реликвиями выставлять. А Плантагенеты кто такие? Французики из Анжу, двести с лишним лет правили. Но толку от них немного. Лешка, ты кого из них знаешь?
– Львиное сердце, – сразу выдал Зубриков.
– Точно. Мы знаем, что в этом мире история с нашим прошлым не сходится. Другое здесь прошлое. Но про святых Плантагенетов я не слышал, – продолжил пояснять свою мысль Костя и рассмеялся. – А что он сделал, этот Ричард, как король? Эд Черный принц – достойный ему наследник – шатался по турнирам, по Европе, воевал всю жизнь, довоевался. Совсем не святую жизнь вели эти анжуйцы. Нет и не будет у них никаких реликвий, пусть не воображают. Регалии – это они имеют. Даже рубин Черного принца уже солидный артефакт. Мечи у них есть, возможно, корона.
– Королевские регалии украсть, это… несолидно, – высказался по этому вопросу Витя.
– Правильно, Витя, – поддержал его Ринат. – Ребята, такие ценности можно захватить, получить в дар, но кража – это за пределами. Я себя уважать перестану.
– И главное, есть половинка короны: свой, карманный наследник. Придет время, можно и поиграть в эту игру, если захочется. А куда мы денем королевские регалии? – рассмеялся Витя.
– Вариант "Джоконда" – украсть и спрятать, самому втихушку любоваться неземной красотой… нафиг надо, – хмыкнул Леша.
