На открытии парламента король объявил о намерении жениться на португальской принцессе Катарине Брагансской. Его внешняя политика была довольно переменчивой; наметившаяся дружба с Голландией была пресечена парламентом, поскольку голландцы конкурировали с Англией в торговле и в колониях. Тогда Карл обратил взор в сторону могущественных католических держав — Франции и Испании. Сперва он выдал сестру за герцога Орлеанского, а потом по настоянию Кларендона начались переговоры о женитьбе самого короля на французской или испанской принцессе. Однако парламент пресек и эти инициативы из боязни католического влияния. В Лондоне циркулировали слухи о том, что Карл уже тайно женился на одной из католических принцесс… скорее всего, на молодой и красивой дочке принца де Линя. Однако интересы государства победили — король выбрал невзрачную и богомольную принцессу Брагансскую, дочь короля Португалии. Ее отец Жоан V ненавидел испанцев и на радостях выделил новому союзнику богатое приданое и подарил индийский порт Бомбей — с этого и началась британская империя в Индии. Король галантно встретил принцессу в Портсмуте, а 20 мая состоялось торжественное бракосочетание. Англичане бурно радовались — отчасти потому, что жена герцога Йоркского ждала наследника, а у народа не пользовались популярностью ни семья Кларендон, ни угрюмый и косноязычный герцог.
Однако отношения между королем и королевой сразу не заладились. Чопорная Катарина не желала мириться с тем гаремом, который Карл завел у себя при дворе. Французский мемуарист Капфиг вспоминал: «Трудно было найти двор изящнее, легкомысленнее, богаче интригами и красивыми дамами. Между знатными красавицами особенно заметны были графиня Каслмен, впоследствии герцогиня Кливленд, графиня Честерфилд, графиня Шрусбери, графиня Мидлтон, девица Гамильтон, вышедшая за графа Граммона, и мисс Фрэнсис Стюарт, любовница короля. Все эти блестящие леди могли смело соперничать с первейшими красавицами версальского двора, принятого ими за образец». Среди всех пассий короля блистала леди Каслмен, с которой король сблизился еще в Голландии. Барбара Вилльерс еще в 15 лет стала любовницей лорда Стэнхоупа, а чуть позже вышла замуж за отвратительного карлика Палмера, католика и ярого роялиста. Свои огромные средства он щедро тратил на поддержку Карла, и тот, став королем, отблагодарил его богатыми дарами и титулом графа Каслмена. Скоро молодая леди Каслмен поднесла супругу сына, очень похожего на Карла. За ним последовал второй, затем третий — все это время граф пробыл в Париже. В ярости он потребовал развода и написал пасквиль на короля, за что был посажен в Тауэр и после навсегда выслан из Англии. Карл осыпал Барбару золотом, раздал ее детям герцогские титулы и поселил ее во дворце, где устраивались настоящие оргии. Там можно было увидеть монарха, весело скачущего через стулья или строящего карточные домики. Многие забавы носили менее невинный характер — популярной была «охота на лис», когда Карл и его придворные гонялись по комнатам за толпой совершенно голых графинь и герцогинь.
На какое-то время первенство Барбары было поставлено под сомнение романом короля с Фрэнсис Стюарт. Эту 16-летнюю хохотушку Карл поселил во дворце Уайтхолл — он говорил, что не может жить в доме казненного отца, и начал строить Сент-Джеймсский дворец. Он обожал Фрэнсис и, по слухам, даже намеревался развестись с «португальской плаксой» и жениться на ней. Мисс Стюарт погубила доброта — она дарила свои милости не только Карлу, но и его брату, а также множеству придворных, включая Бэкингема-младшего и герцога Ричмонда. В последнего она влюбилась и решила бежать с ним, но верная леди Каслмен донесла об этом королю. Ворвавшись в спальню к Фрэнсис и Ричмонду, Карл разразился бранью, как пьяный матрос. Герцог ненадолго оказался в Тауэре, но потом отходчивый король простил его и позволил обвенчаться с Фрэнсис. Время от времени она вновь оказывалась в его постели, но прежней любви уже не было.
