Декабрь. Война, несмотря на все соглашения, продолжается, на этот раз вокруг Гудермеса, второго по величине города Чечни. Наши пишут, что он освобожден от сепаратистов. Ельцин правильно решил: либо он выведет войска из Чечни, либо его не выберут.
Естественно, поручил все Черномырдину. Может быть, как-то поспособствовать Ч.В.С. отсюда, привлекая английский опыт, все-таки народ-то здесь грамотный? Дал мудрому Герману (советник-посланник Гвенцадзе) поручение. Настолько загорелся он этим делом, что в воскресенье пришел на работу с несколькими листками, нарисовали проект личной депеши, что-то вроде плана урегулирования в Чечне.
Думал, как лучше отправить: прямо ли Черномырдину, как предлагал Герман, или не прыгать через голову министра Примакова. Решил ему, тем более он давний друг. Существо задумки: фактически интернационализация чеченского конфликта.
Ельцин сделал довольно смелые предложения, – если они не останутся на бумаге, – включая переговоры через посредников с Дудаевым. Между прочим, посредничество, в том числе с привлечением мусульманских лидеров, мы отсюда предлагали. Надо, надо писать в Москву, даже если нет на твои предложения никакой реакции.
Апрель 1996-го: убит Дудаев! Другие потребовались «посредники», и не международные. Наши начали выводить войска. В мае подписано очередное соглашение о прекращении боевых действий.
На сей раз в Москве. Подписал Черномырдин в присутствии Ельцина и сменивший Дудаева Яндарбиев. После этого наш Президент поехал в Грозный, не побоялся. И он, и военные говорят о нашей победе.
Не рано? Во всяком случае, сразу же сообщаю англичанам о новой фактуре, предпочитая, естественно, положительную, как только она появляется.
Август 1996-го. Так и есть – в Грозном опять бои, в город вошли отряды под командованием Басаева и Масхадова. Подгадали под инаугурацию переизбранного Ельцина.
Грамотно они готовят свои вылазки. Вроде должно наехать к нам много гостей, и чеченцы отмечаются к их приезду. Наши деятели и масс-медиа, которые раньше прикрывали буквально все, что делает Ельцин, теперь брызжут слюной по поводу того, что не выполняются обещания, ничего не меняется, продолжается война в Чечне. Как будто от него одного это зависит. Может, хотя бы новая вспышка заставит их посмотреть и на чеченскую сторону.
Да нет, то была не вспышка. Отдали Грозный, де-факто проиграли войну. Сильное, конечно, унижение. Эксперт мой московский даже плакала по телефону. А что будешь делать, когда страна ослаблена, раздирается противоречиями, и, главное, когда не понять, есть ли у нее руководитель. Лебедь заявляет: я принял решение вывести войска, не поймешь, из Грозного или из Чечни вообще.
В свою очередь Ельцин, появившийся после очередного отсутствия, причем отсутствия опять-таки в решающий момент, публично заявляет, что он не совсем удовлетворен Лебедем. Мол, тот обещал покончить с войной, когда будет иметь властные полномочия, сейчас он их имеет (в какой степени, спрашивается), а результаты неблестящие.
Далеко все это от желания урегулировать проблему общими усилиями.
1 сентября. Загородный дом посольства Сикокс Хис, знакомая влажность леса и привычное чувство тоски. К сожалению, мое предчувствие оказалось верным. Вчера Лебедь подписал в Хасавюрте не только военное, но и политическое соглашение с чеченцами. Документ пока не опубликован, но его уже толкуют вкривь и вкось. До этого были сообщения, что не во всем согласен с Лебедем Черномырдин, не говоря уже о Б.Н., который упорно его не принимает.
Смысл, вроде, в том, что мы уходим из Чечни на данном этапе как вооруженная сила, а в следующие недели или месяцы и как власть. Она там центральному правительству принадлежать не будет, равно как и нашим ставленникам типа Довгаева.
Откладывание же референдума о статусе Чечни до 31 декабря 2001 года – возможность дать нам спасти лицо. После многих месяцев кровопролитной и разрушительной войны мы возвращаемся к тому же, что было до ее начала, когда беспрекословно командовал Дудаев.
Повторяется Афганистан с той только разницей, что это на нашей собственной территории и что там живут не только чеченцы, но и русские люди и другие кавказцы.
Ну, а что делать, когда нет должного руководства страной, слабость в экономике, общество расколото, и значительная его часть выступает против войны, пишет трагические письма Ельцину. То же средства массовой информации.
Ясно, что воевать можно было бы и поудачнее, но, к несчастью, армия оказалась не столь боеспособной. Как не вспомнить тут слова Ясина, что проблемы России не в годах, а в поколениях.
Военную сторону высветила моя беседа в Москве с Игорем Николаевичем Родионовым, недавно назначенным министром обороны (сместили, наконец, Грачева!) и его замом, старым другом Андреем Кокошиным. Вспомню, что когда был послом в Италии, а Родионов находился в мощной опале, я его благожелательно принял в Риме. Так что порядочные поступки себя оправдывают.
