5) Наличие другого брака. Излишне также указывать, что если одна из сторон в заключенном браке оказывается уже связанной существующим и имеющим законную силу браком, то второй так называемый брак считается лишенным всякой силы, независимо от того, знали ли стороны о прежнем браке или нет. Даже, как 'мы уже видели, заключение второго брака само по себе составляет преступление двоебрачия со стороны лица, заключавшего брак и знавшего об этом факте. Но для того, чтобы последующий брак был признан недействительным, надо, чтобы предшествующий был браком, обладающим полной силой. Так, например, если мужчина совершает церемонию бракосочетания со своей кровной племянницей, а затем женится на посторонней женщине, то второй брак считается действительным, так как первый брак вообще не признается браком. Но, как было уже указано, брак, который может быть признан недействительным вследствие физической импотентности, является связывающим законным браком, пока не будет вынесено распоряжение об его полной недействительности.
6) Решение о разводе представляет собой современный вид удовлетворения, введенный Актом о тяжбах по брачным делам 1857 г. (Matrimonial Causes Act). Распоряжения церковных судов о разводе сводились только к разлучению «a mensa et thoro», а не к освобождению «a vinculo matrimonii»; они соответствовали современным распоряжениям о «судебном разлучении», которое будет объяснено ниже. Условия, которые требуются для распоряжения о разводе, т. е. о расторжении брака, имеющего законную силу, установлены законодательным путем; с 1857 г. они подверглись значительным изменениям, которые оставили право в довольно неудовлетворительном состоянии.
Говоря в общей форме, мужчина может требовать развода с женой, если она виновна в прелюбодеянии, совершенном после заключения брака; жена может требовать развода с мужем, если он также виновен в прелюбодеянии, изнасиловании или «половом преступлении», совершенном во время брака. Но простое прелюбодеяние мужа было признано основанием для развода только в 1923 г., и этот закон не имеет обратной силы. Вследствие этого, прелюбодеяние мужа, совершенное во время брака, но до 18 июля 1923 г., не представляет само по себе основания для развода. С точки зрения принципа, по которому закон не имеет обратной силы, это кажется нам довольно разумным.
Хотя до 1923 г. жена не могла получить развода по причине простого прелюбодеяния, совершенного ее мужем, но она могла получить его на основании того, что называют «квалифицированным прелюбодеянием», т. е. на основании прелюбодеяния, соединенного с кровосмесительством, двоеженством, жестоким обращением или оставлением жены без разумных причин на два года. Содержание Акта 1857 г., предоставившего жене эти права, было отменено Актом 1923 г.; тем не менее жена, которая обнаружит теперь, что до 1923 г. ее муж вступил во второй брак с другой женщиной и жил с ней в прелюбодеянии, может на этом основании требовать развода. Дело в том, что права жены, существовавшие при принятии Акта 1923 г., сохранены последним и могут быть использованы для расторжения брака на основании причин, существовавших до принятия Акта 1923 г.
Решения о недействительности брака и о разводе обладают одной характерной особенностью, которая требует особого объяснения. Они могут быть получены только по прошествии двух стадий процедуры и становятся действительными не ранее наступления второй стадии. Когда заявление о разводе выслушано, то суд, если он признает претензию основательной, выносит приказ «nisi». который в сущности представляет собой просто предупреждение, что при отсутствии чего-либо непредусмотренного судом, суд вынесет позже, обычно через шесть месяцев, окончательное или «безусловное» («absolute») распоряжение по заявлению просителя. Пока что стороны остаются с правовой точки зрения в браке и, как мы видели, считаются виновными в двоебрачии, если пытаются вступить в новый брак. Если в промежутке суд обнаружит существование какой-либо «помехи» (bar) для процедуры, которая была скрыта от него во время слушания дела, то он может «уничтожить» (quash) или отменить приказ nisi и отказать просителю. Одному высокому коронному должностному лицу, именно королевскому проктору (king's proctor), специально поручено расследование вопроса о существовании «помех» и извещение суда о результатах его расследований с целью предупреждения возможности превращения приказа nisi в безусловный. Сложный вопрос о «помехах» мы отложим до того времени, когда нами будет обсужден третий вид расторжения брачных уз, а именно:
