У нашего техника — прапорщика Николая Иванова случился сердечный приступ прямо за рулем БТР, его заменил Н. Тарасов. Однако наш переводчик Андрей Бабаян оказался в это время в 200 метрах от БТР. Мы не могли оставить его в беде и тронуться с места без него. Андрей эти 200 метров прополз ползком с такой скоростью, что, если бы он сдавал олимпийские нормативы — это был бы рекорд вселенной.

Н. Иванов, едва придя в сознание от первого приступа, снова отключился, у него произошел второй приступ. Тут начали взрываться реактивные снаряды. Один такой снаряд попал в ступицу левого переднего колеса нашего УРАЛа, за рулем которого сидел ангольский солдат. Его разорвало на мелкие кусочки и я уже позже с ужасом понял, что еще вчера вечером на его месте сидели И. Златкин и Ж. Богацкий. Все колесо с шиной разнесло на мелкие кусочки, а двигатель взрывной волной сорвало со всех четырех болтов, подняло вверх, но не выбросило. Машина загорелась и все наши вещи сгорели. Наши потери составили — один солдат погиб (наш водитель), 6 человек ранено, сгорело 5 машин с боеприпасами и продовольствием.

Сентябрь 1984 г. г. Куито-Куанавале. Переводчик Андрей Бабаян 

Противник потерял 7 чел. убитыми, 1 чел. взят в плен, он был с 75 ПБ УНИТА.

В 1 МПБР — 2 чел. убито и 8 ранено.

Так мы вторично выбрались из ада, Господь Бог и на этот раз уберег нас от верной гибели.

В ситуации, которая произошла 27 сентября, по моему мнению, проявил нерешительность, а называя вещи своими именами, трусость — наш советник командира 13 ДШБР подполковник Н. Тарасов, которого я под угрозой применения оружия, заставил идти на КП к комбригу и вместе руководить бригадой, ведь мы могли все погибнуть.

Охарактеризовать мое состояния в тот злополучный день, да и состояние всех остальных наших советников, можно очень точно, прочитав строки из стихотворения поэта Андрея Вознесенского: «Вечером, ночью, днем и с утра благодарю, что не умер вчера».

А еще в моих мыслях постоянно прокручивались строчки:

«Нам всем начертано пройтиДорогой испытаний.И ты мужайся, коль в путиВдруг нестерпимо станет…Пусть сердце рвет на части больТерпи и улыбайся.И даже если шансов нольБорись и не сдавайся!»Уточнение задач по организации взаимодействия в ходе боевых действий 1 МПБР и 13 ДШБРНачальник политодела 13 ДШБР лейтенант Жуао уточняет задачу

На следующий день — 28 сентября прилетели вертолеты для эвакуации прапорщика Н. Иванова. Они же привезли нам боеприпасы, продовольствие и ГСМ. На этих же вертолетах улетели в Менонго наш советник начальника тыла 13 ДШБР подполковник П. Кабалюк и советник командира батальона 16 ПБР подполковник Д. Гуков.

Тем временем, наступление не останавливалось. От 1 МПБР и 16 ПБР вперед ушли по одному батальону, к которым была присоединена для помощи четвертая десантно-штурмовая рота. Вертолеты продолжали доставлять нам ГСМ (на каждом по 5 бочек, т. е. 1000 л.), продовольствие и боеприпасы.

30 сентября Президент Анголы по радио объявил, что 1500 членов ФЛЕК и ФНЛА из числа руководящего состава, во главе с начальником Генштаба и командующими округов, перешли на сторону центральных властей Анголы. Жозе Эдуарду душ Сантуш отметил, что тот факт, что войска ФАПЛА находятся под Мавингой, является большим успехом в борьбе с УНИТА. Такого успеха ФАПЛА раньше не добивалась никогда. Также мы получили информацию о том, что войска 3 ВО ФАПЛА находятся в 40 км от Куито-Куанавале. Все это способствовало поднятию морального духа наших войск.

1 октября к нам для изучения обстановки вертолетами прилетели командующий 6 ВО подполковник Вьетнам и группа советских советников 6 ВО во главе с полковником Вольским А. В.

2 октября все три бригады перешли к обороне. Командующий округом, его советник и командиры бригад на вертолете вылетели на рекогносцировку местности, уточнения задач и порядка взаимодействия. Нам была поставлена задача совершенствовать оборону, выдвинув батальоны немного вперед.

4 октября в бригаду прилетел советник начальника Политуправления 6 ВО полковник Вяхирев и советник начальника артиллерии 6 ВО полковник Пятахин, он же внештатный секретарь профкома нашей группы в округе. У них было задание разобраться в инциденте между советником комбрига и мной 27 сентября, когда я чуть не применил оружие, заставляя Н. Тарасова быть рядом с комбригом. Оказывается об этом в округе рассказал прапорщик Н. Иванов. Он поддержал меня и сказал правду о событиях того дня, за что я ему очень благодарен.

В этот же день с 13.00 в течении получаса 1 МПБР и 16 ПБР двумя батальонами вели бой с противником. Потери 1 МПБР— 3 чел. убито и 11 чел. ранено, 16 ПБР- 3 чел. убито и 3 чел. ранено.

Перейти на страницу:

Все книги серии Советские военные советники и специалисты в необъявленных войнах СССР

Похожие книги