Противник несколько раз в день проводил минометный обстрел наших позиций, в том числе и командных пунктов. Мы же воевали практически вслепую, не имея достоверных данных о противнике.
Разведка по-прежнему не давала конкретные сведения и мы были вынуждены вести пассивную оборону.
На редкость пассивен был начальник штаба 13 ДШБР капитан Сурейра. Причем в то время, когда противник ежедневно методически нас обстреливал, расшатывая психику личного состава, подрывая его моральный дух и сбивая наступательный порыв.
7 октября был получен приказ начальника штаба ФАПЛА перейти к обороне и готовится к маршу в пункты постоянной дислокации.
Получилось, что противник выполнил свою задачу и приостановил наше наступление.
Голос «Черного петуха» в этот день вещал о низком моральном духе личного состава наших бригад, советских советников и специалистов. Но он ошибался. Бригады с боями от Куито-Куанавале прошли около 200 км и находились в 40 км от штаба Савимби в Мавинга.
Личный состав нашей бригады знал это и готов был драться до победы. Высоким был и моральный дух наших советников. Но мы были вынуждены находиться здесь в определенных рамках. Здесь мы советовали, а не командовали. Кроме того, мы не знали и нам не доводили истинную военно-политическую обстановку внутри Анголы и за ее пределами.
Узнав о том, что наступление приостановлено, личный состав бригады был разочарован. Эти люди были готовы драться до полной победы. Однако у ФАПЛА было недостаточно сил для полного разгрома унитовцев, в то время как Савимби бросил сюда очень большие силы и силой трех бригад их было не одолеть.
Но, на мой взгляд, основной причиной приостановки наступления, явилось резкое заявление Президента ЮАР Боты и усиление поддержки им режима Савимби, а также позиция кубинского руководства, отказавшегося участвовать в наращивании сил для продолжения наступления.
8 октября мы получили телеграмму от советника командующего 6 ВО полковника Вольского А. В. о подготовке к совершению марша в г. Куито-Куанавале. Пошел первый сильный дождь. Ветер неистово рвал наш брезент, бросая нам дождевую пыль, как будто, вместе с дождем, проявлял недовольство о прекращении наступления и возвращении на прежние позиции.
Мы понимали, что УНИТА и Савимби празднуют победу, хотя в операции «Поход на Мавингу» ФАПЛА не проиграла, а показала свою силу и доказала, что даже тремя бригадами можно дойти до логова унитовцев. Однако победа одержана не была и конечная цель не достигнута.
В таких условиях стали нацеливать своих подсоветных на то, что отход будет еще сложнее, чем наступление и, что противник просто так, с миром, нас не отпустит. Мы с начальником политотдела бригады 9 октября провели семинар с политработниками, на котором обговорили конкретные меры организации политической работы с личным составом на завершающем этапе операции.
10 октября в 12.00 все три бригады начали движение в г. Куито-Куанавале. Вначале нам оказывали поддержку с воздуха два вертолета МИ-24, что обеспечило возможность перестроить боевые порядки, хотя движение колонн происходило скучено, боковое и тыловое охранение все время старалось сблизиться с КП, нарушая, тем самым, установленные интервалы. К 18.00 мы прошли всего 7 км. Вечером и всю ночь шел сильный дождь с частыми и сильными раскатами грома и молний.
11 октября в 9.45 противник зашел слева с тыла от нас, вклинился в нашу полосу и завязал бой. Разведка успела засечь врага, но из-за неисправности радиостанции своевременно предупредить не смогла.
Посыльный прибыл, когда бой уже начался. Через 35 минут нам удалась отбить атаки противника. Этот бой показал, что многие командиры подразделений боятся проявлять инициативу и действовать по обстановке, не ожидая команд старших начальников. В 12.25 на поддержку прилетели два МИ-24, которые бомбили противника слева и в нашем тылу.
Наши потери:
Мы осмотрели хорошо замаскированные окопы, забрали трофеи.
Бригада возвращалась по тому же маршруту, что и при наступлении. Колонны, по-прежнему, шли скученно. За день прошли 14 км.
Тяжела горечь утрат. Убитых фапловцев хоронили прямо в лесу в саванне и я понимал, что пройдет совсем немного времени и никто не будет знать, где их могилы. В 1 и 13 бригадах политотделы вели учет погибших и начали отправлять похоронки. Я настоял, чтобы политотдел организовал похороны убитых в местах, которые потом можно было найти и перезахоронить погибших, там где живут их родные.
В прошедших боях мы отметили один из главных недостатков в действиях командиров ФАПЛА почти всех рангов от Министра обороны до командира отделения — лучше остаться в бездействии, чем проявить инициативу. Они всегда ждали указаний от вышестоящих начальников. Я всегда считал, что упрека заслуживает не тот, кто в стремлении уничтожить врага не достиг цели, а тот, кто боясь ответственности за принятое решение остался в бездействии и не использовал в нужный момент всех сил и средств для достижения победы.
