Дона, древние брахманские провидцы — Аттхака, Вамака, Вамадэва, Вессамитта, Яматагги, Ангираса, Бхарадваджа, Васеттха, Кассапа и Бхагу — были создателями гимнов, сочинителями гимнов, именно их древние гимны, которые прежде распевались, декламировались, составлялись, нынешние брахманы распевают и декламируют до сих пор, повторяя сказанное, декламируя продекламированное, обучая наученному. Те древние провидцы описывали пять видов брахманов: схожего с Брахмой, схожего с дэвом, того, кто остаётся внутри границы, того, кто пересёк границу, чандалу брахмана. К какому из них относишься ты, Дона?»
«Если дело обстоит так, Мастер Готама, то я не дотягиваю даже до чандалы брахмана. Великолепно, Мастер Готама! Великолепно Мастер Готама! Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Мастер Готама различными способами прояснил Дхамму. Я принимаю прибежище в Мастере Готаме, прибежище в Дхамме, и прибежище в Сангхе монахов. Пусть Мастер Готама помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь».
редакция перевода: 02.09.2013
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 806"
(сутта идентична СН 46.55 за исключением того, что в конце этой сутты отсутствуют несколько строк о семи факторах просветления, но сразу идёт желание Сангаравы стать мирским последователем)
редакция перевода: 22.06.2014
Перевод с английского: SV
источник:
"Anguttara Nikaya by Bodhi, p. 810"
Однажды Благословенный пребывал в Весали в зале с остроконечной крышей в Великом Лесу. И тогда брахман Каранапали выполнял некую работу для Личчхави. Брахман Каранапали издали увидел идущего брахмана Пингияни{477} и сказал ему:
«Откуда держит путь Мастер Пингияни средь бела дня?»
«Я иду, почтенный, от отшельника Готамы».
«Что вы можете сказать об уровне мудрости отшельника Готамы? Считаете ли вы его мудрым?»
«Кто я такой, почтенный, чтобы знать об уровне мудрости отшельника Готамы? Вне сомнений, только такой, как он, может знать о его уровне мудрости!»
«Воистину, вы восхваляете отшельника Готаму высочайшей похвалой».
«Кто я такой, почтенный, чтобы я мог восхвалять отшельника Готаму? Ведь восхваляемый теми, кто [сам] восхваляем [другими], Мастер Готама является наилучшим среди богов и людей!»
«Мастер Пингияни, на каких основаниях вы утверждаете такую полную уверенность в отшельнике Готаме?»
(1) «Подобно тому как человек, который нашёл удовлетворение в лучшем из вкусов, более не желает попробовать худших вкусов, то точно также, почтенный, какой бы Дхаммы человек ни услышал от Мастера Готамы — лекций, стихов и прозы, описаний, чудесных случаев{478} — он более не жаждет доктрин обычных жрецов и отшельников.
(2) Подобно тому как человек, угнетённый голодом и слабостью, получил бы медовый торт и наслаждался бы сладким и восхитительным вкусом где бы он его ни ел, то точно также, почтенный, какой бы Дхаммы человек ни услышал от Мастера Готамы… он обретёт удовлетворённость и спокойствие ума.
(3) Подобно тому как человек, который подошёл к куску сандалового дерева, либо жёлтого сандалового дерева, либо красного сандалового дерева, будет наслаждаться чистым и благоуханным ароматом где бы он ни понюхал его — в нижней части, в средней части, или в верхней части — то точно, почтенный, какой бы Дхаммы человек ни услышал от Мастера Готамы… он обретёт хорошее настроение и радость.
(4) Подобно тому как умелый врач мог бы мгновенно исцелить того, кто нездоров, поражён болезнью, серьёзно болен, то точно также, почтенный, какой бы Дхаммы человек ни услышал от Мастера Готамы… [то, когда он услышал её], его печаль, стенание, боль, уныние и отчаяние исчезают.
(5) Подобно тому как если был бы восхитительный пруд с приятными берегами, с чистой, приятной, прохладной, прозрачной водой, и человек — истощённый и угнетённый жарой, изнурённый, жаждущий пить, высохший — вошёл бы в пруд, искупался бы и напился, и тогда весь его недуг, изнурённость, лихорадочное горение отступили бы. Точно также, какой бы Дхаммы человек ни услышал от Мастера Готамы — лекций, стихов и прозы, описаний, чудесных случаев — [когда он услышал её], весь его недуг, изнурённость, лихорадочное горение отступают».
Когда так было сказано, брахман Каранапали поднялся со своего сиденья, закинул верхнее одеяние за плечо, встал на правое колено, и почтительно поприветствовал Благословенного, произнеся три раза эти вдохновенные слова:
«Слава Благословенному, Араханту, Полностью Просветлённому! Слава Благословенному, Араханту, Полностью Просветлённому! Слава Благословенному, Араханту, Полностью Просветлённому!