– Да щас... – огрызнулся он.
Однако долго отнекиваться ему не пришлось – предложение не понравилось и Яне. Ей нужна помощь, а не этот детсад. Машукову, пожалуй, самому сопровождение нужно, он... дикий!
– Лучше Грач... – сказала Яна. Какой-то чёртик в ней это сказал! Ей вдруг захотелось посмотреть, как же он будет вести себя, если ему придётся таки «проснуться». И каким он будет за пределами палаты...
Грач открыл глаза и глянул на неё как на явление природы – наверно так, с таким же бессильным недоумением смотрят на неизвестно с чего вздыбившуюся волну.
А вот Тарутину эта идея показалась хорошей.
– Вставай, птица, – сказал он. – Пора...
Яна испугалась, что Грач не послушается – уж больно тон был непререкаемый. Так и хотелось попререкаться! Но Грач поднялся.
– Птица! – понравилось Машуку.
– Сделаешь, птичка, доброе дело... – продолжал Тарутин. Зря продолжал. Ну зачем? Грач ведь и так не спорил! – Это тебе не Диле-крокодиле записки подбрасывать...
Яне покосилась на Грача... Отчего ей стало так неприятно?
Зато Машук пришёл в полный восторг («Крокодиля!»), хотя меньше всего Диля «крокодилю» напоминала. Скорей уж «бегемотю».
– Никому я ничего не подбрасывал, – насупился Грач. – Давай сюда... – стащил он Трапецию с Яниного плеча и затолкал её под свою чёрную рубашку. Грудь у Грача впалая, сам худой, а рубашка широкая... Где крыса? Нет крысы!
– Вэл! – резюмировал Тарутин.
– Ага! – подтвердил Машуков.
Репка ничего не сказал. Он обиделся. Вместо «вэл» ему хотелось сказать – «вай?». Почему Грач, а не он? Он что, хуже Грача? Да была бы клетка, он бы кого угодно завёл, ему ведь не запрещают. Да что там «не запрещают» – мать и не заметит! Но и клетку не купит, это-то он знал. А без клетки... Что без клетки? Жил у него хомяк в трёхлитровой банке. Выбрался – и убежал. Совсем...
– ...Слушай, Грач, а у тебя фамилия – Грачёв? – спросила Яна, когда они вышли из палаты. Спросила, чтобы заговорить. Не важно о чём. Чёртик в ней замолчал, и теперь ей было просто неудобно – за то, что Грач шёл, в общем-то, против своей воли...
– У меня фамилия – Грач, – отрезал он. И пошёл так быстро, что Яне пришлось бежать.
На входе в левую секцию она споткнулась о порожек – да как!..
– Ты хоть на ногах-то – держись... – процедил Грач, всё-таки остановившись.
Яна сидела на порожке, обхватив коленку:
– Щас, щас...
– Я же тебя предупреждал, говорил...
– Когда? – не поняла Яна.
– Склероз у тебя, что ли... Ноль общения! Без «здрасте»! И что? И куда мы опять идём?
– К Люсе...
