Все дальнейшие дела делал на автопилоте - запускал маслобойку, чего-то там пояснял Пугачеву и специально назначенному пареньку, который будет ее дальше обслуживать, получал бабло за вычетом вчерашнего аванса, подписывал какие-то бумажки, звонил на станцию в Ужовке и утрясал вопрос с билетами. К обеду голова вроде прошла и оранжевые круги перед глазами тоже перестали всплывать.

В мою машину попросилась еще Танька-старшая, куда ж она от своей альтер-эго, и представьте себе, Ирка тоже подошла, потупив глазки. Да садись конечно, мне не жалко. И еще одно место со вчерашнего дня было зарезервировано за болезным Павликом - полным так сказать полна коробочка, можно ехать.

Загрузили рюкзаки, сделал ручкой председателю и попилил в Пелю к больничке. Павлик там уже на улице стоял, все глаза наверно просмотрел ожидаючи. Посадили Павлика, выбрались на столбовой тракт Р-158 Ужовка-Лукоянов-Шатки-Арзамас-Горький. Погоды стояли замечательные, бабье лето во всей его красе. Народ как-то все молчал, включил приемник, настроил на Маяк и под развеселую советскую попсу (Пугачева-Ротару-Листья желтые-И с полей доносится налей и тп) мы покатили в новую жизнь.

Приключение по дороге встретилось только одно, где-то между Шатками и Арзамасом нас тормознул полосатой палочкой пузатый такой и внимательный гаишник. Долго изучал мои документы, потом предложил показать огнетушитель с аптечкой - а не было их в багажнике, гаишник удовлетворился пятеркой из пугачевских денег и отпустил нас с богом. А вы говорите, советские менты взяток не брали, чтоб на Руси, да взяток не брали...

Вспомнился не к месту Гоголь с его сакраментальным 'В России 2 беды', эх, не было во времена Николай Григорьича гаишников, а то бы он число бед подправил... и совсем уж не к месту представилась птица-тройка, несущаяся по диво-дивным просторам, а у ее вдруг тормозит царский понимаете ли гаишник и говорит 'Куда, сука, несешься - дай ответ'.

На въезде в город стояла здоровенная бетонная стелла со здоровенными же бетонными буквами 'ГОРЬКИЙ'. А хорошо все-таки, что Алексей Максимыч не взял себе псевдоним Кислый или допустим Сутулый - сейчас бы мы назывались сутуловцы... или сутуловчане, вот красота бы была...

Конец первой части

Город

Извозчик, отвези меня, родной

Как сказал бы Александр Розенбаум через несколько лет. Да, сегодня я работаю извозчиком, дорогие горьковчане и сочувствующие...

Въехали короче мы в город Горький по проспекту Гагарина, бывшему Арзамасскому шоссе (как же еще называться дороге, ведущей в Арзамас?). Сразу по курсу микрорайон Щербинки, слева НИИИС, справа чуть подальше ГНИПИ с телевизионным заводом, а во-он в той 9-этажке, если не ошибаюсь, жил (точнее поселится годика через 3) в горьковской ссылке академик Андрей Дмитриевич Сахаров со своей супругой Еленой Боннер и улицу, которая тут поперек идет, назовут его именем. Рокадной улицы Ларина нет еще и в помине, Мызинский мост же только в проекте, а она к этому мосту вниз должна вести. И красных многоэтажек по бокам кажется гораздо меньше обычного... ну а так все вполне узнаваемо. И вот кстати вспомнилось насчет академика...

небылица#1. Сергуня и Боннер

Февраль 85 года. Я гулял на свадьбе у коллеги, которая была в каком-то кафе в Верхних Печорах. Ну отгуляли, домой пора, вместе с другом Ваней выходим улицу Бринского, которая от Печер в Лапшиху, ее только открыли, ловим машину, ибо на дворе 11 вечера и общественный транспорт давно в депо. Через пару минут останавливается жигули-шестера, открываю переднюю дверь, там на водительском месте женщина сидит.

- До Московского вокзала не подбросите?

- Садитесь, если не боитесь.

- А чего надо бояться, - на всякий случай уточнил я.

- Дело в том, что я жена академика Сахарова, Елена Боннер.

Тут я взял паузу на переговоры с Ваней, а потом сказал в дверь: - Спасибо, мы как-нибудь сами.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги