Ли тянула меня на стадион, где вместо квиддичного поля был лабиринт из живой изгороди. Насколько я помню, Диггори буквально каждый день его проходил и изучал.
— Что это с Салли? — спросила я, глядя на заплаканную когтевранку.
— Седрик дал ей отставку, выбрав Чанг. Сволочь!
— Почему?
— Спал с ней, обещал жениться и бриллианты к ногам, а сам…
— А сам гулял с Чанг, Вейн и Гринграсс, — хмыкнула я.
— Ну да. И переспал только с Салли.
— О, заходят, — сказала я, посмотрев, как Поттер побрёл в лабиринт.
Омнинокль Тетчер так и не вернул, обещая отдать, когда закончится турнир. Ребята смонтировали магическое кино под названием «Турнир трёх волшебников». Запись с омнинокля отправлялась в янтарь или кварц. Её можно было посмотреть с помощью некоторых артефактов — омут памяти, книга видения или специальный браслет. Над поверхностью артефакта, куда вставлялся камень с записью, парила уменьшенная 3D-модель событий. Здорово, конечно, но дорого. Старшекурсники обещали оставить книгу видения в пользовании факультета.
Сейчас кто-то из семикурсников с помощью моего оминокля снимает кого-то из чемпионов. Омнинокль позволял видеть сквозь преграды, если, конечно, они не были зачарованы. Но в данном случае зрителям позволили насладиться Турниром и «подглядывать» за чемпионами. Правда, судя по возмущённым возгласам, в лабиринте были «слепые зоны».
Уже дважды над лабиринтом вспыхивали красные искры, и из него выносили попавших в беду чемпионов.
— Что-то странное волнение, — заметила Ли, наблюдающая, как школьники с омниноклями стремглав бегут к судейскому столу.
— Видимо, там чрезвычайное происшествие, — ответила ей Ханна.
Стадион замер в напряжении. Седрик и Гарри отсутствовали почти час. Судьи и высшее руководство ничего не говорили и не комментировали. И вот перед судейским столиком возникла воронка портала, из которой вывалились Седрик и Гарри. К мальчишкам устремился поток авроров, вызванный кем-то из руководства школы, судьи и учителя.
— Ну что, пойдём? — спросила Джонс.
— А кто победил? — послышался голос Фоссета
— Хогвартс и победил и проиграл, — ответила Луна.
— Ой, Луна, не начинай, — закатив глаза, сказала Сьюзен.
По дороге к теплицам к нам присоединились Милли, Дафна и Астория, Лаванда и сестры Патил. Вся наша компания, пройдя через теплицы, оказалась в гостиной Пуффендуя, где мы пили чай и ждали новоявленного чемпиона. Не дождались. Первой в гостиную пришёл вездесущий Колин.
— Седрик погиб.
— Что?
— Как?
— Гарри?
— Почему?
Вопросы сыпались на маленького пуффендуйца, но Криви лишь отмалчивался, сказав, что вечером Стебель придёт и всё расскажет. Девочки быстро попрощались и разбежались по своим факультетам. Ждать вечера было невыносимо, но приходившие однофакультетники были хмурыми и мрачными, отказываясь делиться подробностями происходящего за пределами факультета.
— Мав, — послышался кошачий бас.
— Вась, кис-кис, — позвала я. — Что там происходит?
— Мрау, — ответил кот, запрыгивая на колени.
К ошейнику Василия была прикреплена записка. Корявым почерком, как будто писали на ходу, от Булстроуд:
«Тёмный Лорд вернулся».
— Энни, — позвала меня Джудит со второго курса, — декан пришла.
— Спасибо, — ответила я, комкая письмо и бросая его в камин.
— Я должна сообщить вам, что Седрик погиб, участвуя в Турнире трёх волшебников.
— А то, что говорит Поттер? Что его убил Тот-Кого-Нельзя-Называть, это правда?
— Подробности уточняются. Ребята, пожалуйста, не спрашивайте Гарри о том, что произошло — ему и так нелегко.
— Да это Поттер его и убил, чтобы Турнир выиграть!— послышались выкрики.
— Тише-тише, — успокаивала всех Стебель, — завтра утром директор всё расскажет.
Действительно, утром Дамблдор задвинул речь о дружбе, равенстве и братстве, подтвердив, что Диггори убил Тёмный Лорд, и попросил не трогать Гарри. В обед Большой Зал изменился до неузнаваемости — были убраны гобелены с изображением гербов факультетов — их места заняли чёрные полотна, как дань памяти Седрика. А вечером родители Диггори забрали из Хогвартса заплаканную Салли Перкс. Как позже рассказала главная сплетница Лаванда Браун — когтевранка уже три недели как беременна от погибшего чемпиона.
— Ну, хоть какая-то радость им будет — внук,— рассуждала Дафна, расписывая деревянный щит.
— Ты её-то пожалей, — отозвалась Ромильда Вейн. — Родит, и выбросят её.
— Не смешите мои тапки, — влезла Элоиза, — она сама как акула. Выторгует условия получше или компенсацию. Перкс далеко не дура, и беременность явно не случайная.
— Ты думаешь? — спросила Гринграсс.
— А что тут думать? Она постоянно выспрашивала, у кого родители поспокойней, да денег хватает. Как узнала про крутой нрав Флинта, так сразу отбросила идею лечь с ним. Расчётливая стерва. А Диггори идиот был — Поттер нож в спину вонзит — и не заметит.
— Ты думаешь, это Гарри? — это уже я.
— Нет. Характер не тот.
— Кто? Тёмный Лорд?
— Я думаю, что кто-то хотел убить Поттера, а попал в Седрика.
— Тёмный Лорд.
