По замку эхом разнесся крик – крик младенца, который ни с чем не спутать. Подобрав юбки, Анна кинулась наверх.
– Все хорошо? – спросила она через дверь.
Мать открыла, на согнутой в локте руке леди Элизабет лежал завернутый в одеяло младенец.
– Девочка, роды прошли благополучно, – сказала она, – и Мария перенесла их легко, хвала Господу. Но, Анна, посмотри. – Она откинула край одеяла, и показалось маленькое личико – точная копия короля. Глаза матери и дочери встретились.
– Нет смысла поднимать шум, – быстро проговорила мать. – Мы все должны делать вид, что это ребенок Уилла. Будем молиться, лишь бы он не заметил ничего неладного.
Послали гонца, чтобы вызвать Уилла, и через несколько часов он уже прибыл в Хивер.
Анна с матерью присутствовали, когда супруг вошел в спальню Марии, которая сидела, прислонившись спиной к подушкам, и пеленала ребенка.
– Моя дорогая, я так горжусь вами! – воскликнул Уилл.
Мария нервно улыбнулась. Супруг нетерпеливо взял ребенка и уставился на него в восхищении.
– Моя маленькая девочка! Она похожа на Кэри! – Он не заметил коллективного вздоха облегчения, который раздался вокруг.
«Разумеется, – подумала Анна, – король – его кузен, на это и можно списать сходство».
К счастью, никто не упомянул, как велик младенец для семимесячного. Вероятно, Уилл вовсе не представлял, как выглядят новорожденные дети.
Малышку назвали Екатериной в честь королевы, отец приезжал домой на крестины, которые состоялись в Хивере. Мария быстро оправилась после родов и погрузилась в заботы о ребенке. Материнство шло ей.
Через шесть недель вся семья снова собралась в замке Фрамлингем в Саффолке на похороны деда Норфолка, который почил в почтенном возрасте восьмидесяти лет. Ни Анна, ни другие женщины из ветви Говардов не присутствовали на торжественном погребальном обряде в приорате Тетфорд, но посетили большой прием, устроенный в замке после погребения.
Приятно было снова увидеть Джорджа и узнать все придворные сплетни.
– Хотелось бы мне быть там, – задумчиво произнесла Анна, когда они обменивались новостями за кубком вина. – Я ужасно скучаю по двору. В деревне такая тоска. Разве меня еще не достаточно наказали?
– Я бы тоже хотел, чтобы ты была там, – отозвался Джордж. – Уверен, скоро ты вернешься. У отца есть влияние. Его только что произвели в вице-камергеры двора. Поговаривают, он будет следующим камергером. А потому, Анна, я не сомневаюсь, что тебе не придется долго ждать.
– Может быть, дядя Норфолк замолвит за меня словечко, – сказала она, наблюдая, как новоявленный герцог, облаченный в роскошную черную дамастовую накидку с соболиной опушкой, принимает соболезнования от гостей.
– Он это сделает, – заверил сестру Джордж. – В конце концов, это важно и для него. Он смотрит на нас скорее как на Говардов, чем как на Болейнов.
– Я и не знала, что ему пятьдесят, поздно он вступает в наследство.
– Не беспокойся, старый служака еще крепок. Король о нем очень хорошего мнения, и наш дядя метит высоко.
– Пошли. – Анна потащила Джорджа туда, где стоял Норфолк.
Томас Говард посмотрел на нее из-под тяжелых век пронзительным взглядом. Его угловатое лицо с похожим на клюв носом было иссечено скорбными морщинами, но губы изогнулись в улыбке.
– Ну, племянница, рад тебя видеть. Мы скучали по тебе при дворе.
– Я хотела бы вернуться, милорд дядя, – призналась Анна. – Меня уже тошнит от этой ссылки в Хивере.
– Есть и более неприятные места для изгнания, – заметил Норфолк. – Имей терпение, девушка. Я поговорю о тебе, когда придет время.
Этим и пришлось удовлетвориться.
В тот вечер они с Джорджем прогуливались по крепостному валу замка. Анна заметила, что брат молчалив, но приписала это печали из-за смерти деда, присутствием которого было проникнуто все вокруг. Джордж остановился, и она замерла рядом, глядя на зеленеющие просторы Саффолка.
– Ты сможешь сохранить секрет? – спросил он.
– Конечно.
На лицо Джорджа легла тень.
– Я женюсь. Отец сказал мне сегодня. Все было решено еще до того, как он покинул двор.
– И кто же эта счастливая леди? – поинтересовалась Анна.
– Джейн Паркер, – ответил брат бесстрастным голосом.
– Она довольно мила, и ее отец очень образованный человек.
– Она ничего, если тебе нравится такой тип женщин. – Джордж пожал плечами. – Но я не люблю ее. Анна, в ней есть что-то такое… Я не могу точно определить, но это меня отталкивает. Не дай, Господи, чтобы мне пришлось пройти через это.
– Мне очень жаль, – сказала Анна.
Джордж тяжело вздохнул:
– Ну, полагаю, мне придется делать то, что делают многие мужчины, которым навязывают нелюбимых жен. Буду заводить с ней наследников и получать удовольствие где-нибудь на стороне.
Анна не сомневалась, что так и будет. Она удивилась своему удовольствию при мысли, что брат будет искать утешения в прелюбодеянии, когда как сама решительно осуждала за это других мужчин.
– Попробуй полюбить ее ради вас обоих, – посоветовала она. – Ваша жизнь будет гораздо более счастливой, если у вас получится.
Джордж улыбнулся:
– Попытаюсь. Нам не слишком повезло в любви, да, Анна? Ты все еще тоскуешь по Гарри Перси?
