Спустя несколько месяцев режиссер Анджей Вайда сам нашел Анну через дирекцию Варшавской эстрады. Дал прочитать ей сценарий фильма, в котором собирался снять ее с молодым Даниэлем Ольбрыхским. Она прочитала сценарий и с уверенностью заключила, что эта роль не для нее. Она неспособна на подобное перевоплощение. Режиссер настаивал, Анна упорствовала. В конце концов он предложил эпизодическую роль: "Надо хоть посмотреть, как вы выглядите на экране". Роль действительно оказалась донельзя "эпизодической": в картине "Пейзаж после битвы" крупный план Анны держался на экране меньше минуты. Дебют ее, вполне естественно, разочаровал, хотя Анджей Вайда уверял Анну, что "для начала" это совсем неплохо. Он не сомневается, что се следующая работа в кино станет откровением. Сколько соблазнов!.. И все-таки следующее предложение сниматься она отклонила. Спокойно, без эмоций, независимо от качества своего кинодебюта Анна пришла к убеждению, что кинематограф не ее дело. Конечно, карьера киноактрисы весьма заманчива. Но она, Анна Герман, способностями драматической актрисы не обладает - и точка. Ее роль в кино - наивная самодеятельность.
Зато предложение малоизвестной итальянской фирмы грамзаписи "Компания Дискографика Итальяна" (ЦДИ) подписать с ней контракт она приняла без колебаний. Несмотря на то, что первая поездка в Италию по стипендии Министерства культуры ПНР оставила в ее душе горький осадок, она не уставала восхищаться музыкальностью итальянцев, их самобытностью, высоким уровнем мастерства вокалистов. Кроме того, существенную роль сыграла еще одна немаловажная деталь, а именно: материальная сторона этого предложения. Хотя хозяин фирмы Пьетро Карриаджи предлагал ей гонорар за выступления и за записи значительно меньший, чем получали его соотечественники, для нее этот гонорар был достаточно высок, чтобы здесь, в Польше, поправить свои финансовые дела и в конце концов решить проблему с жилплощадью. Если она соберет значительную сумму денег, то с кооперативом, как ей пообещали в Министерстве культуры, все будет в порядке.
Збышек провожал ее на аэродроме. Он как-то натянуто улыбался, смеялся неестественно громко. Было видно, что новая разлука его угнетает.
- Так грустно уезжать, Збышек, - утешала его Анна. - Но пойми, милый, я же не на экскурсию еду, а на тяжелую работу. Ты даже себе не представляешь, как трудно жить в Италии!
На сей раз прием на итальянской земле отличался от первой поездки на Апеннины. Не надо было искать ночлега, звонить незнакомым людям. Анну поселили в отличной гостинице в самом центре Милана. В комнате тепло, светло, уютно, красивый вид из окна. Но если в прошлый раз она была предоставлена сама себе и от этого терпела уйму неудобств, то на сей раз неудобства подкрались совсем с другой стороны. Заботливые хозяева - Пьетро Карриаджи и его помощник, совсем молодой парень Рануччо Бастони, журналист по профессии, - сразу дали понять, что Анна для них - ценный "товар", на котором они собираются заработать деньги. "Прежде всего - реклама, - твердил ей Рануччо. - Без рекламы ты - ноль!" Он сразу перешел на "ты", говорил, казалось бы, обидные вещи тоном столь деликатным и заинтересованным, что на него невозможно было обидеться. "Где твои афиши, фотографии, пластинки, где они?"