– У нас один выходной день в неделю. После завтрака все люди собираются в Кругу, центральной точке купола. Мы слушаем новости от отдела Информации, нам дают отчет о достижениях каждого отдела и план дальнейшей работы. После этого мы играем в логические игры, за это отвечает отдел Развлечений. Каждую неделю нас распределяют в новую игровую группу, чтобы все друг друга знали по именам и в лицо. Мы все братья и сестры, нет ни одного незнакомца. Ты будешь первой, Анна. Представляю, как все удивятся. Будут задавать тебе миллион вопросов, так что будь готова. Но тебя никто не обидит, у нас так не принято. За это не волнуйся. Имей в виду, после того как я тебя приведу, нужно будет пройти медицинское обследование и инструктаж, потом тебе дадут какую-нибудь очень интересную работу. Я тебе даже завидую. Только, если хочешь совет, воздержись от колкостей, а то… ну в общем, все нормально будет.
– Звучит заманчиво, Адам. Но давай вернемся к вопросу моей мозговой стерилизации позже.
– Ну вот опять… Анна… Анна…
Адам вдруг почувствовал что-то незнакомое, какое-то странное новое ощущение. Ему было не все равно, что произойдет с Анной. Беспокойство. Он переживал за нее, ему хотелось все продумать, понять, как сложится ее жизнь, когда она придет с ним в Общество. Ему хотелось простроить в голове все возможные варианты развития событий, понять, чего ждать, к чему готовиться. Это было ощущение его личной ответственности за Анну. «Что это со мной? Спокойно…» – подумал Адам, удивленный таким ходом мыслей в своей голове.
– Если я правильно поняла, то у вас там еженедельная пропаганда, чтобы вольнодумства не завелось, да? Это, конечно, здорово всех знать по имени, но я бы предпочла обойтись без ненужной информации. А в вас ее прямо-таки насильно запихивают. Делая вывод из того, что ты спросил меня, что я подразумеваю под словом «красота», я смею предположить… у вас нет искусства, да, Адам? Совсем-совсем нет? Ни в какой форме?
– Согласен, это проблема. Но над этим уже работают. Через 11 лет запланировано открыть отдел Искусств и распределить туда пять человек. Мы считаем годы и очень ждем этого события. Это будет кардинальным изменением, впервые появятся люди, которые могут заниматься чем-то, помимо жизнеподдержания Общества. У нас всех будет музыка, о которой нам рассказывали в школе, как это когда-то было до Дня Человечества.
– Ты серьезно? А куда вы дели записи? Стерли, что ли?
Миллиарды песен исчезли бесследно?
– Анна, человечество было уничтожено. Людей, способных мыслить, на планете осталось только 65!!! 65 человек, которые пережили безумие Садовников. Они основали Общество в День Человечества. Прошло двести три года, и нас уже 10 000. Мы живы, у нас есть дом, у нас есть наука, мы здоровы, в достатке еда, мы развиваемся, расширяем территории, выводим новые сорта растений и работаем. Какая музыка, Анна?
Людям не до этого было.
– 65??!!!!! Значит, Джеку удалось… Узнаю его автограф.
Анна вскочила и забегала по сфере. Потом она полезла вверх по стене до максимально высокой точки, вставила свои стопы в отверстия и повисла вниз головой над Адамом. Мужчина решил подождать и помолчать, понимая, что девушке нужно переварить полученную информацию. Анна молча висела с закрытыми глазами, ожидание затянулось.
Адам решил продолжить разговор:
– Ты права, Джек был одним из наших основателей. Первым и единственным лидером в истории Общества, благодаря ему человечество продолжает существовать.
– Скажи, что он тоже отправился в Комнату Выхода! – раздался крик Анны сверху.
– Да, когда ему исполнилось 100 лет. Как это произойдет с каждым из нас, так же это произошло и с Джеком. Он был великим лидером!
– Потом обсудим этого гения зла! – выкрикнула в ответ Анна.
Адам вскочил как ужаленный. Такой несправедливой грубости в отношении Джека, спасшего Жизнь на планете, он вытерпеть не мог. В этот раз ему хотелось ударить уже не стену, но дотянуться до Анны он не мог, поэтому разразился руганью в приступе злобы, первый раз в своей жизни:
– Заткнись! Заткнись, Анна! Только ты здесь психопатка! У тебя язык из дерьма сделан! Что с тобой вообще? Что ты знаешь о Джеке? Кто ты вообще такая? Я буду двумя руками «за», когда твой гадкий, испорченный мозг сотрут в отделе Очистки. Я буду смеяться, наблюдая за тем, как даже в отделе Уборки ты станешь абсолютным изгоем. Ты этого заслуживаешь!!! Думаешь, ты здесь останешься сидеть в этой сфере? Сфера полезна для Общества, а ты нет! Спускайся, бери кошку и пошли. Я устал от твоего сумасшествия, недаром говорят Нестирильность заразна. Заразна! Спускайся оттуда сейчас же! Или я сам до тебя доберусь!
– Сейчас транквилизатор в жопу тебе вколю, Адам. И оставлю в Кротовьей Норе подыхать, бычьеголовый мужик. Ты до меня даже дотронуться не сможешь при всем своем желании, как, впрочем, и открыть дверь. Так что сядь и сиди тихо, пока я думаю, – сказала Анна монотонным, спокойным голосом.
– Что?!! – Адам побежал к стене.
Снежинка начала неистово орать, выгнув спину: происходящее не было нормальным, с ее точки зрения. Снежинка была глубоко возмущена.
